В Нидерландах победил «коллективный Берни Сандерс»
Поражение ультраправых на голландских выборах заслонило быстрый рост популярности левого популизма.
Результаты парламентских выборов в Нидерландах, прошедших в минувшую среду 15 марта, вызвали многоголосый вздох облегчения в европейских столицах. Голландская Партия свободы сумела занять лишь второе место, пропустив вперед либералов действующего премьер-министра Марка Рютте.
В адрес политика, сохранившего свой пост, посыпались радостные поздравления со всей Европы: он сумел предотвратить приход к власти неполиткорректных исламофобов, настроенных на дезинтеграцию Евросоюза.
На первый взгляд, все действительно замечательно: старый-новый премьер поведет одну из самых успешных стран ЕС прежним курсом, ультраправые даже не попадут в правящую коалицию, а Нидерланды в очередной раз подтвердили репутацию одной из наиболее либеральных стран мира. Однако в реальности ситуация несколько иная.
Партия свободы действительно не смогла выйти на первое место. В новом парламенте у нее будет лишь 20 мест из 150.
Однако в сравнении с прошлым созывом, ее представительство увеличилось сразу на пять мест. Это обстоятельство дало повод лидеру ультраправых Герту Вилдерсу заявить об успехе на выборах.
В то же время, победившие либералы Рютте показали обратную динамику – после выборов 2012 года у них было 41 депутатское место, сейчас же будет лишь 33. У нынешних партнеров премьера по коалиции – лейбористов – ситуация и того хуже: если в прошлом созыве у них было 38 мандатов, то в новом – всего девять.
Весь XX век Нидерландами, по сути, правили именно две эти партии – правые либералы и левые лейбористы.
Их результаты не опускались ниже 50 парламентских мест, что позволяло формировать прочные коалиции и реализовывать нужную им повестку. Но на выборах 2017 года эра их тотального доминирования, похоже, завершается: их общий результат не дотягивает и до трети мандатов.
Несмотря на тактический успех либералов на состоявшихся выборах, в стратегическом отношении традиционные голландские партии переживают тяжелейший кризис. А основными выгодоприобретателями этой ситуации стали популисты. Но не правые, как все опасались, а левые.
Главной сенсацией на выборах стал оглушительный успех сравнительно новой партии «Левозеленых», которую возглавляет 30-летний Джессе Клавер, которого часто сравнивают с канадским премьер-министром Джастином Трюдо. Представительство «левозеленых» выросло с 4 до 14 мест. Программа этой партии почти социалистическая, во многом напоминает предложения американского сенатора от Вермонта Берни Сандерса, боровшегося за пост президента США в 2016 году.
Клавер – проевропейский, выступает за прием беженцев, против изменения климата, за мир и сотрудничество со всеми.
В парламенте усилились позиции прогрессивных либералов, еще одной «зеленой» партии, делающей упор на защите прав животных, «подросли» социальные либералы, защитники прав этнических меньшинств и пенсионеров. В общей сложности разномастные левые популисты получили почти половину мест в парламенте. Учитывая то, что победители – либералы премьера Рютте – правые, слепить работающую коалицию им и сейчас будет непросто.
Но главное даже не это, а очевидное нарастание недоверия голландцев к «старым», устоявшимся партиям. Все больше жителей королевства ищут решения своих проблем не в центре политического спектра, а на его окраинах – как справа, так и слева. И если сейчас главной угрозой стабильности страны принято считать Герта Вилдерса и его ультраправых, то через некоторое время сложности могут возникнуть уже с левыми, которые традиционно хотят «взять все и поделить».
Пока же в Европе царит эйфория. Победа «коллективного Берни Сандерса» в Нидерландах никого не заботит.
Кстати, на апрельских выборах во Франции с большой вероятностью победит Эммануэль Макрон, который, как и сенатор от Вермонта, идет во власть не от какой-то партии, а сам по себе, опираясь лишь на поддержку граждан. Левое популистское движение, не сумев пробить себе путь в США, сейчас все активнее идет во власть в Европе.
* * *
Иван Яковина
«Новое время»