Пользуясь методом Оруэлла
Мы оцениваем людей в зависимости от роли, которую они играют. Мухаммед Али остался в памяти народной великим боксером, и сейчас никого не интересует, что привело его в ислам и понудило оставить имя Кассиус Клей, под которым он наносил свои первые нокауты. Когда Брежнев во время визита Али в Москву в 1978 г., повиснув на шее черного гиганта, поцеловал того в губы, генсек КПСС не проверял отношение боксера к диалектическому материализму.
Дилемма драматургии – представлять персонаж в его главном качестве или стремиться изобразить всю его сложность – существует столько, сколько существует театр. Еще Софокл отзывался об Еврипиде: «Я изображал людей такими, какими они должны быть; Еврипид же их изображает такими, каковы они в действительности».
Однако, стремясь постичь все нюансы личности, легко пропустить ее суть. Средневековая комедия дель арте, возвращающаяся время от времени в выдающихся современных постановках, избрала несколько основных характеров, которые и разыгрывали действия. Это были скупец, псевдоученый невежа, влюбленная девушка, умный слуга, еще кое-кто. В замечательном спектакле «Тартюф», идущем в театре на Таганке уже полвека, режиссер Юрий Любимов, подчеркивая эту традицию, заставил актеров проникать на сцену и уходить с нее сквозь портреты своих персонажей: простака, лицемера, сообразительной горничной. Портреты подчеркивали одномерность героев.
Политика – тоже театр. И ее персонажи зачастую укладываются в образы театральных масок: злодеи Гитлер, Сталин; мудрый Черчилль; простофиля Чемберлен. Иногда персонаж истории не умещается в одну маску. Президент Ф. Д. Рузвельт предал евреев на Эвианской конференции 1938 г., не впустил в Америку корабль «Сент-Луис» с 900 еврейскими беженцами на борту, но, с другой стороны, вступил в войну против нацизма и помог спасти цивилизацию.
Самым драматичным действием, которое я когда-либо наблюдал на экране ТВ, было подписание 13 сентября 1993 г. на лужайке перед Белым домом договора Израиля с Арафатом. Действующие лица были такими.
1) Простак – Ицхак Рабин. «Достаточно, – повторял он в своей речи вновь и вновь, – достаточно крови, слез, смертей». Рабин искренне тряс руку Арафату. Видно было: премьер Израиля возбужден. Тысячелетиями продолжались войны, изгнания, преследования евреев. Последние десятилетия омрачались терроризмом, антисемитизмом международного сообщества. И вот теперь ему, простому, не очень образованному и не то чтобы такому уж умному парню, удается завершить всю эту долгую историю миром.
Мне говорили, что Рабин был не столь прост. Выборы 1992 г. он выиграл за счет того, что пообещал сотням тысяч репатриантов из СССР, только что вброшенных, как младенцы, в незнакомый им мир, бесплатные квартиры и работу по специальности. Но это был неочевидный обман. Рабин был социалистом, а у тех своя реальность. Наверное, и Хрущев, когда обещал в 1960 г. построить в СССР к 1980 году коммунизм, надеялся на это. Если реальность не соответствует левой идеологии, виновата реальность.
2) Злодей, детоубийца, вампир – Арафат. Он бросал быстрые взгляды на Рабина, стараясь оценить: сколько удастся урвать с простофили денег и оружия? Когда можно будет вновь убивать евреев?
3) Самовлюбленный правитель – Билл Клинтон. На его лице легко прочитывалось: если Картер получил Нобеля за договор Бегина с Садатом, то он, скрепляющий соглашение Рабина с матерым террористом, тем более его заслужит. Если бы спросить Клинтона в тот момент, не опасается ли он, что Арафат продолжит терроризм, тот бы не понял: о чем вы? Ведь речь идет о Нобеле!
4) Шимон Перес, которого от Арафата отделяли Рабин и Клинтон. Тут маски не подобрать. Когда Арафат протянул ему руку, Перес не сделал шаг навстречу террористу и заставил того для рукопожатия двинуться с места.
Кажется, Перес понимал, с кем имеет дело, и предвидел последствия. Но зачем тогда затевал всю эту интригу?
Да, театральных масок для всего спектра явлений не хватает. Для аналогий с нашей жизнью куда лучше подходит многообразие животного мира. Это знают авторы басен, сказок, мультфильмов. Здесь характеры обозначаются рельефно, каким-то одним, характерным для данного животного качеством. Как в пародийном стишке Владимира Соловьева о ревности:
…Ходила ты к нему иль не ходила?
Скажи сама!
Но не дразни гиену подозрения,
Мышей тоски!
Не то смотри, как леопарды мщенья
Острят клыки!
И не зови сову благоразумья
Ты в эту ночь!
Ослы терпенья и слоны раздумья
Бежали прочь.
Своей судьбы родила крокодила
Ты здесь сама…
Джордж Оруэлл в книге «Скотный двор» стер грань между политическим и животным миром. Сталин и Троцкий у него – всего лишь два поросенка. Как же в стиле этой книги выглядят персонажи последних десятилетий общественной жизни Америки?
Билл Клинтон – президент с 1992 по 2000 год. Это петух, постоянно озирающий полянку: не осталась ли где непокрытой несушки? Идеологии у петуха нет. Начинал президентство Клинтон как левый, но когда из-за этого рейтинг упал, стал, по совету своего советника, хряка Дика Морриса (свиньи в книжке Оруэлла «были самыми одаренными среди животных»), относительно правым. Реформировал велфэр, боролся с преступностью – увеличил количество полицейских, говорил о борьбе с нелегальной иммиграцией. Решения принимал на основе опросов общественного мнения. Люди к чему-то склонятся – Клинтон об этом кукарекает.
Хиллари Клинтон – та лисица. Хитрая и жестокая. Если бы для Палаты мер и весов потребовался образец лицемерия, я бы предложил улыбку Хиллари. Обычно, появившись на сцене вместе, один из Клинтонов показывает другому пальцем на кого-то в зале, и супруги смеются и радуются, как дети. Они – простые, как люди в публике. Хотя уверен: никого они там не видят.
Вы бы смогли обратить тысячу долларов в 100 000? Хиллари смогла. Для этого надо только, играя на бирже, знать кое-какие секреты. А смогли бы в президентских дебатах прочесть публике маленькую лекцию о содержании свинца в почве Миннесоты? Ну, это если, как Хиллари, узнать через шпиона вопросы заранее…
Лисы жестоки. «Мы пришли, мы увидели, он мертв», – потешалась Хиллари над убийством Каддафи, оставившим Ливию террористам. Немногим больше переживала она о гибели по ее вине американцев, служивших под ее началом в Бенгази. Они уже мертвы – какая теперь разница?! Так успокаивала она на слушаньях конгрессменов.
Президентствовавший с 2000 по 2008 год Буш-младший – наверное, барсук. Из известной народной песни: «Тихо вокруг, только не спит барсук…»
Буш предпочитал не выползать из норы, а руководствоваться простыми правилами, названными им сострадающим консерватизмом – формой политкорректности. Внешней политикой у него управляли афроамериканцы, второй срок – даже женщина. Неважно, что некомпетентные. После 9/11 Буш изобрел самую нелепую политическую формулу столетия: «Ислам – это религия мира». Она – в стиле лозунга из другой книги Оруэлла: «Война – это мир». Кампании в Афганистане и Ираке Буш вел с целью установить там демократию. То есть – в понятиях «Фермы зверей» – привить вегетарианство в волчьей стае. Завершив свой срок, Буш уполз в нору и носа из нее не показывал во время президентства Обамы. Но вот недавно что-то решил высказать туманно.
Президент Обама (2008–2016), этот – змей. Не пушкинский, укусивший вещего Олега, а библейский, змей-искуситель, про которого сказано: «Змей же был хитрее всех зверей полевых, которых создал Господь Бог» (Бытие 3:1). Обама легко убедил американцев, что США – не христианская страна, но одна из самых больших мусульманских; что исламского терроризма не существует. Когда теракты стали случаться раз в два месяца, Обама успокоил население: гибнет больше людей, поскользнувшись в ванной, чем от рук… нет, не террористов, которых нет. По этой логике ядерная война не страшна – от естественных причин умирает больше народа.
Обама по-тихому устанавливал, где мог, исламистские режимы – в Ливии, в Египте (там, правда, египтяне свергли «Мусульманское братство» – МБ). Оставил Ирак исламистам.
Генерал Майкл Флинн, которого либералы недавно выжили из политики, в 2014 г. лишился должности главы военной разведки DIA из-за того, что подал доклад, утверждавший, будто салафиты, «Аль-Каида» и МБ, из которых Обама сколачивал оппозицию Асаду, создадут «Исламское государство» (ИГ). Обама, чтобы успокоить общественное мнение, назвал ИГ вторым составом юниорской команды. До последнего своего часа в офисе старался змей-искуситель перевести исламистам побольше американских денег.
Нынешний президент Трамп – это, конечно, пес. Суматошный, шумный. Не спускает обиды, а облаивает обидчика. Трамп оберегает жилище. Его забота – чтобы в доме не было опасных чужаков, чтобы была надежна изгородь, исправны ворота.
Но кто же хочет чужаков, несущих опасность? Оказывается, многие хотят. Как в «Скотном дворе» вождь-свин вопрошал: «Я выдвигаю этот вопрос на рассмотрение собрания: являются ли крысы нашими товарищами? Голосование прошло безотлагательно, и подавляющим большинством голосов было решено, что крыс можно считать товарищами. Против голосовали лишь четверо – три собаки и кошка, относительно которой позже было выяснено, что голосовала она в обоих случаях».
Недовольство псом выразили многочисленные овцы в розовых чепчиках, символизирующих то, что у этих овец вместо мозгов. Овцы скандировали, то ли как у Оруэлла: «Четыре ноги – хорошо, две – плохо», то ли что-то в этом духе.
Невзлюбили пса медиа – сороки и прочие галдящие птицы. Смысла в птичьих жалобах, как у овец, немного. Ведущий комментатор внешней политики NYTimes Томас Фридман в теледискуссии заявил, что вмешательство России в выборы президента США – катастрофа на уровне Перл-Харбора и 9/11. О чем он говорил? Подозревают, но нет доказательств, что именно российские хакеры разведали о жульничестве в Демократической партии. И это Перл-Харбор?!
Пес вызывает труднообъяснимое раздражение у интеллектуалов не только демократов (чей символ – осел), но и республиканцев-слонов. Как у цитированного Соловьева: «Ослы терпенья и слоны раздумья бежали прочь». Например, Билл Кристол, создатель консервативного журнала The Weekly Standard и движения «Только не Трамп», сообщил в интернете, что предпочел бы «глубокое государство» государству Трампа. Термин «глубокое государство» означает такое, разъясняет Давид Голдман, в котором спецслужбы, свергнув правительство, в условиях диктатуры манипулируют медиа и иными способами ликвидируют противников. Вроде Турции. К военному перевороту призывала и овца в розовом чепчике – комедиант Сара Сильверман.
Чарльз Краутхаммер имеет репутацию самого умного среди обозревателей-слонов и несколько отличается от крикливых сорок, метящих свой помет в Трампа. В статье от 18 февраля он признал, что на позиции управления внешней политикой Трамп призвал людей опытных, разумных и традиционных, но тут же заметил, что такие люди могли бы войти в кабинет, скажем, Хиллари Клинтон. С какой стати Хиллари включила бы в свой кабинет республиканцев? А Хуму Абедин из «Мусульманского братства» вы не хотели бы видеть госсекретарем?
Краутхаммер называет политику Трампа нестабильной и запутывающей, но признает, что в свой первый месяц она дала хорошие результаты. Он предпочел бы иметь плохие результаты от стабильной политики?
Оруэлл написал «Скотный двор» в 1943–1944 годах, когда он еще сохранял свои троцкистские взгляды. Правящий класс фермы у него в конце предает интересы пролетариата и превращается в буржуев – людей.
Я, напротив, был бы рад увидеть возвращение человеческого разума к американскому правящему классу – этот термин стал общепринятым в США и подразумевает политиков, экспертов, журналистов, почему-то всяких развлекателей и актеров. Хотелось бы, чтобы сороки-журналисты распространяли новости, а не сплетни вроде болезненной фантазии об осквернении в Москве мочой постели, на которой спал Обама; чтобы к обозревателям и экспертам вернулись их «ослы терпенья и слоны раздумья»; чтобы овцы, перед тем как блеять, попытались подумать.
«Скотный двор» американской общественной жизни за восемь лет президентства Обамы глубоко пропитался ядом этого змея-искусителя. Сможет ли президент-пес, обещающий Америке вернуть ее былое величие, привить ей противоядие и вырвать ферму из извращенного мира, в который она погрузилась?
* * *
Борис Гулько
«Кстати»