Александр Подрабинек – об уловках диктатуры
Кремлёвская звезда. (Фото: «Nautilus»)
У больших исторических событий редко бывает одна причина. Это относится и к войне с Украиной.
В контекстеПригожин знал, кто это сделал Если Путин победит в Украине, то это станет катастрофой для демократии во всем мире. Если бы Путин победил, то это стало бы оправданием всех тех, кто говорит, что нельзя полагаться на Запад, и что они не будут поддерживать вас и выполнять свои обещания до конца.
Самая серьезная причина у Путина – стремление укрепить собственную власть. Состояние войны позволяет принимать любые жесткие решения, оправдывая их военной необходимостью. Состояние войны развязывает руки карательным органам: кто заметит политические репрессии на фоне многочисленных жертв военных действий?
Другая важная причина – опасение «дурного» примера для России. Если получилось у украинцев, почему не может получиться у русских?
Опасения Путина на этот счет небеспочвенны. В советское время Украина успешно поставляла партийные кадры для КПСС. Выходцы из Днепропетровска и Запорожья были влиятельной силой в среде высшей партийной номенклатуры. Тем не менее Украина отринула свое советское прошлое и встала на путь демократии.
Страх, что Россия может пойти тем же путем, определяет многие решения Кремля, в том числе внешнеполитические.
Среди причин, для войны не столь важных, – попытка консолидировать российское общество на почве ненависти к воображаемому историческому врагу, навязчивое желание разыграть имперскую карту, поиграть военными мускулами, навести страх на окружающий мир своей буйностью, непредсказуемостью и жестокостью.
Не последняя причина – упорное желание доказать равенство диктатуры и демократии. Встать на одну планку с лидерами демократических стран – хрустальная мечта большинства диктаторов.
Ради этого они готовы идти на определенные уступки, даже в ущерб своей авторитарной модели. Они могут присоединяться к невыгодным для них международным конвенциям, впускать в страну иностранных наблюдателей, освобождать под напором общественного мнения известных политзаключенных, стиснув зубы терпеть в своей стране иностранных корреспондентов и дипломатов.
В обмен на это они требуют признать их легитимность и равенство на международной арене. Такие структуры, как ООН, вполне удовлетворяют их жажду равенства. В этом странном сообществе представители деспотических режимов имеют такой же голос, как представители демократий. Диктаторам это как бальзам на душу.
Задача российской государственной пропаганды – убедить легковерных людей в сходстве целей и методов российской и украинской политики
В контекстеИтоги однодневной войны Война, развязанная Путиным, — это война между демократиями и авторитарными режимами, и в выигрыше пока именно авторитарные режимы, не считая, конечно, путинского. Конкретно — в выигрыше Эрдоган.
Другой способ заявить о равенстве – война. Военные действия, которые ведутся с обеих сторон одинаковым оружием и с одинаковыми последствиями, должны, по расчетам авторитарных лидеров, свести на нет причины войны, уравнять агрессора и его жертву.
Правда, легко убедить в этом они могут чаще всего только самих себя, но это важно как для них самих, так и для их пропагандистской машины. «Смотрите, – говорят они с торжеством в голосе, – они делают то же самое, что и мы. Они такие же!»
На войне и в самом деле нет белых и пушистых. Методы защиты, как правило, адекватны методам нападения. Воюющие стороны придерживаются скорее ветхозаветного принципа «око за око», чем христианского поучения подставить ударившему другую щеку.
Военные преступления, хотя и в разных масштабах, совершаются с обеих сторон. История военных конфликтов знает массу тому примеров.
Пропаганда авторитарных режимов делает упор именно на это обстоятельство, предпочитая «забыть» причины конфликта и кто именно был агрессором.
Фронтовые сводки вытесняют память о нападении. Повседневный трагизм войны отодвигает на задний план анализ ее причин. В войнах, которые длились десятилетиями, уже мало кого интересовало, с чего все началось. Такое забвение устраивает авторитарных лидеров, как ничто другое. Короткая историческая память уравнивает агрессора и жертву агрессии.
В войне с Украиной Кремль ищет для своей пропагандистской машины гуманитарные мотивы, которые могли бы оправдать нападение на соседнюю страну. Так появлялись дикие утверждения о нацизме в Украине, о тотальном преследовании оппозиции, невероятные истории о распятом мальчике и тому подобное.
Задача российской государственной пропаганды – убедить легковерных людей в сходстве целей и методов российской и украинской политики.
Задача свободного мира – не уподобиться диктатуре. Это касается как методов ведения войны и отношения к мирному населению, так и соблюдения прав человека, защиты гражданских свобод и ответственности в пропагандистской риторике.
* * *
Александр Подрабинек
– московский правозащитник и журналист
«Радио “Свобода”»