Чем обернутся для Испании жесткие приговоры по «каталонскому делу»
Барселона - за независимость Каталонии. (Фото: «Nautilus»)
Верховный суд Испании вынес приговор лидерам несостоявшейся Каталонской Республики. За события двухлетней давности, когда после непризнанного референдума каталонский парламент принял символическую декларацию о независимости, судили высокопоставленных политиков и общественных деятелей.
На скамье подсудимых оказались вице-президент правительства Каталонии, несколько министров, спикер регионального парламента, руководители двух влиятельных ассоциаций сепаратистского направления.
Все они провели в предварительном заключении почти два года и в итоге получили от 9 до 13 лет тюрьмы – огромные сроки для процесса, который очень похож на политический.
В ответ в Каталонии сразу же начались массовые протесты и беспорядки.
99 лет одиночества
В контекстеГермания борется с независимостью Каталонии Представители правительства ФРГ после ареста политика на севере страны заявили, что Испания – демократическое правовое государство, где Пучдемона ждёт справедливое судебное разбирательство. Именно для таких случаев предусмотрен ордер Евросоюза.
Из 12 подсудимых девятерых приговорили к реальным тюремным срокам, в сумме на 99 с половиной лет.
Трое бывших каталонских министров, которые ушли в отставку накануне «провозглашения независимости», получили штрафы по 60 тысяч евро каждый и запрет на занятие государственных должностей на 1 год 8 месяцев.
Еще пять фигурантов «каталонского дела» в 2017 году скрылись в Бельгии, Швейцарии и Шотландии. Самый известный среди беглецов – экс-президент Каталонии Карлес Пучдемон.
Ни одного из них испанскому правосудию заполучить не удалось. Евроордеры на их арест были отклонены судами разных стран по формальным причинам.
Однако теперь ситуация изменилась – партнерам по Евросоюзу удавалось игнорировать запросы испанского следствия, но получится ли пропустить мимо ушей приговор Верховного суда Испании?
Сразу после оглашения обвинительного приговора Мадрид вновь выписал международный ордер на арест Пучдемона.
«Президент Каталонии в изгнании» живет на вилле в Ватерлоо и любит давать пресс-конференции в столице Евросоюза Брюсселе.
Возвращаясь к перспективам осужденных, важно заметить, что все они находятся в тюрьмах на территории Каталонии. Это играет им на руку. Местные власти, сочувствующие делу независимости, имеют полномочия вводить для них послабления в тюремном режиме после отбытия четверти срока.
В предварительном заключении подсудимые провели почти по два года. Так что ожидается, что при благоволении тюремного начальства многие из них уже в 2020 году смогут приходить в тюрьму только ночевать, да и то с понедельника по четверг.
Еще одна опция, на которую надеются сторонники независимости, это помилование. По законам Испании миловать может король по представлению премьер-министра. Для этого от осужденного не требуется ни признания вины, ни личного обращения, достаточно прошения от третьего лица.
Правые партии, находящиеся сейчас в оппозиции, уже много месяцев безуспешно пытаются получить у главы правительства социалиста Педро Санчеса информацию, есть ли у него тайная договоренность о помиловании с сепаратистами. Премьер уклоняется от ответа, чем приводит в бешенство своих политических оппонентов.
Тонкости правосудия
В контекстеОт либерала слышу! ...Трудности ЕС являются врожденными пороками. Повсеместный сепаратизм, от Каталонии и Венето до Фландрии и Шотландии, популизм, национализм, никем не отрицаемый «дефицит демократии», греческий провал и прочие «цветы зла» расцветают тем ярче, чем быстрее и глубже идет интеграция.
Коллегия из семи опытнейших судей Верховного суда Испании рассматривала дело более полутора лет, а еще четыре месяца ушло на то, чтобы составить приговор.
Высшая инстанция правосудия страны отдавала себе отчет в том, что создает прецедент правоприменения между Каталонией и Испанией.
Десятки, а то и сотни лет конфликты между центром и автономиями страны будут разрешаться на основе приговора по «каталонскому делу».
И с самого начала было ясно, что сепаратисты обжалуют приговор в Европейском суде по правам человека, так что в процессуальном смысле дело велось суперкорректно.
Статья о мятеже (rebelión) со сроком до 25 лет, которую вменяла прокуратура, в приговоре была заменена на смуту или подстрекательство к мятежу (sedición) со сроком до 15 лет.
Основная разница в том, на что покушались обвиняемые, – на конституционный строй (мятеж) или на общественный порядок (смута). По мнению суда, государственность оставалась под контролем центрального правительства Испании, так что мятежа не было.
Суд также ответил на многие другие важные вопросы.
Было ли насилие со стороны сепаратистов или, как они сами утверждают, «каталонская осень» была образцово мирной?
Ответ суда: насилие было и доказано. К нему подстрекали обвиняемые, но оно произошло не по их приказу.
Был ли заговор с целью насильственного свержения законного строя?
Ответ: нет. Сепаратисты подчинились решениям суда Испании, постановлениям парламента и правительства страны.
Выполнила ли каталонская полиция – моссос – добросовестно свои функции?
Ответ суда: нет, полиция была частично на стороне сепаратистов.
Была ли нецелевая растрата государственных средств?
Ответ: да, и это добавило тюремного срока некоторым из региональных министров, отсюда некруглые цифры – десять с половиной лет.
Кстати, год назад именно за растрату казенных денег немецкие судьи были готовы все-таки выдать Пучдемона Испании.
Но тогда мадридскому правосудию показалось, что одних обвинений в растрате будет маловато и что экс-президента надо судить еще и за мятеж. Поэтому тогда немецкое предложение было отвергнуто, но теперь могут и передумать.
В приговоре суда референдум 1 октября 2017 года был назван незаконным, а право каталонцев на самоопределение – «воображаемым».
Юристы считают очень важным, что приговор более чем на 500 страницах был принят Верховным судом единогласно, и никто не высказал особого мнения. Такой консенсус семерым судьям дался непросто, но ответственность за создание важнейшего прецедента перевесила возможные разногласия.
Тайной мадридского двора остался досрочный слив приговора в прессу. Официальное оглашение состоялось в понедельник, 14 октября, но газета El País опубликовала основную канву уже в пятницу 11-го.
Субботние ТВ-передачи и воскресные газеты уже вовсю толковали ситуацию и давали прогнозы развития событий.
Несмотря на возмущение судей, конспирологи считают, что суд сам тайно способствовал утечке частей приговора в прессу, чтобы постепенно психологически подготовить каталонцев к его полной и официальной публикации.
Протесты Процесса
В контекстеВыборы в Бельгии: радикализация электората и усиление центробежных тенденций Бельгия представляет собой достаточно уникальный пример государства с сепаратистскими тенденциями - к созданию собственного независимого государства стремится значительная часть этнического большинства, не желающего содержать культурно чуждых ей «нахлебников-валлонов».
Протесты в Каталонии в связи с оглашением приговора по «Эль Просесс» готовились давно. Организуют их умеренные националистические ассоциации плюс решительно настроенные комитеты защиты республики (CDR).
Появилось и новое движение под названием «Демократическое цунами».
Боевики комитетов недавно были задержаны полицией на конспиративной квартире, где у них нашли компоненты и инструкции для производства взрывчатки.
В обществе повеяло холодком радикализации, а в прессе впервые за много лет зазвучал термин «каталонские террористы».
Уличная активность в Каталонии эволюционирует, как и во всем мире. В прошлом остались процессии разгневанных крестьян на тракторах по центральным улицам Барселоны, уже никто не встает в километровые живые цепи от Франции до Валенсии.
Эти акции в свое время не дали никакого результата, и вот в 2019 году градус повышается.
Фирменный каталонский виктимизм (жертвенность) уступает место протестной конкретике.
Мирные по виду манифестации становятся все менее безобидными. Активисты стараются нанести максимальный ущерб и медийный эффект там, где всего чувствительнее.
В день оглашения приговора, 14 октября, колонны протестующих перекрыли объездные автомагистрали вокруг Барселоны, создав пробки на 4–5 часов. Другие разрозненные группы собрались в аэропорту города, фактически парализовав его работу.
Было отменено 108 рейсов, десятки тысяч пассажиров не смогли улететь вовремя. На железнодорожных вокзалах митингующие садились на пол, занимая собой пространство залов.
В ход пошли огнетушители, из палет возводились баррикады, а силовики в ответ стреляли дымовыми шашками и орудовали дубинками.
До позднего вечера в осаде оставалось барселонское Управление внутренних дел. Силы правопорядка получили подкрепление из национальной полиции, которая была заранее стянута для охраны государственных зданий.
Но офицеры каталонских моссос тоже читали приговор в воскресных газетах. И знают, что судебный приговор против их начальства за бездействие в 2017-м на подходе, а сроки Мадрид раздает большие.
Так что на этот раз в решительный бой с толпой пошли не только испанские гвардейцы, но и их каталонские коллеги.
Ожидается, что беспорядки продлятся несколько дней, но, скорее всего, сойдут на нет, поскольку политики опасаются их поддерживать, а силовики опасаются бездействовать.
В этом смысле приговор Верховного суда подействовал отрезвляюще.
Барселона лавирует, лавирует
В контекстеТри шага на месте Жесткий Брекзит ударит по экономике и приведет к дезинтеграции страны – причем речь даже не столько о Северной Ирландии, сколько о Шотландии, которая на референдуме голосовала за сохранение в составе ЕС.
Перспектива провозглашения независимости Каталонии после приговора Верховного суда стала еще более туманной.
Да она и не была никогда по-настоящему реальной. Неплохую характеристику ввел в обращение суд – «воображаемая независимость».
В политике происходит смена поколений, приходят новые лидеры сепаратистов взамен сидящих в тюрьме. Они менее опытны, заметно осторожнее в своих шагах, хотя в риторике – еще радикальнее прежних.
Остается пара интриг. Экстрадируют ли Пучдемона? Помилуют ли лидеров сепаратистов? В любом случае свою политическую карьеру они уже фактически завершили.
Права занимать государственные посты у них не будет даже после выхода из тюрьмы.
Главный вопрос – наладится ли в Каталонии нормальная атмосфера, смогут ли люди с разными убеждениями мирно жить по соседству?
Вернется ли бизнес и иностранные инвесторы в Барселону или она будет скатываться к провинциальному существованию?
Тут ясных ответов пока нет, хотя в целом настрой скорее пессимистический и некоторые уже начинают прощаться с любимой Барселоной до лучших времен.
* * *
Петр Андрушевич
Московский центр «Carnegie»