Брекзит пока не виден
Лондон. (Фото: «IsraPhoto» - «Nautilus»)
В последние недели перед официальной датой выхода Великобритании из ЕС нижняя палата Соединенного Королевства развернула бешеную законодательную активность.
Депутаты провели аж три последовательных голосования по определению условий выхода страны из Евросоюза – и ни одно из них не помогло решению проблемы. И не могло помочь.
Нет, нет, да
Сначала 12 марта Палата общин 391 голосом против 242 он отвергла очередной, по словам Терезы Мэй, «единственный и лучший» вариант возможной сделки между Брюсселем и Лондоном по выходу Великобритании из ЕС. Предложенные Евросоюзом уступки не устроили уважаемых депутатов, поскольку сохраняли у Брюсселя возможность контролировать внутреннюю и экономическую политику Великобритании.
Поскольку до 29 марта - даты официального выхода - оставалось чуть более двух недель, и за это время выработать новый вариант соглашения не представлялось возможным, то, казалось, у Соединенного Королевства остается лишь один выход: выходить из Евросоюза без сделки (так называемый сценарий «Жесткого Брекзита»).
То есть сначала разорвать все связи, а потом уже каким-то образом по ходу драмы заключать новые соглашения, которые будут регламентировать взаимодействие Лондона и Брюсселя. Однако уже на следующий день после провального голосования на рассмотрение Палаты была выдвинута новая инициатива, которая запрещала властям реализацию «Жесткого Брекзита». И с перевесом всего в несколько голосов эта инициатива была принята.
Депутаты понимали, насколько серьезным будет урон от такого резкого разрыва для экономики Соединенного Королевства, и такой вариант их не устроил.
Получается, что парламент Великобритании отверг мягкий брекзит, но и отверг жесткий. Как тогда выходить в конце марта? Депутаты решили, что можно и не выходить.
Третье голосование позволяет властям по согласованию с Брюсселем отложить выход Британии из ЕС на три месяца, дабы Лондон и Брюссель все-таки смогли найти какой-то компромисс. За эту идею проголосовало 412 депутатов, против – 202.
Чего тянем?
Однако и это согласие вряд ли является решением проблемы – лишь отсрочкой неизбежного. Да, Брюссель еще до голосования выражал предварительное согласие на отсрочку даты выхода, однако, во-первых, три месяца Великобритании давать не хотят. Максимум два, ведь 23 мая должны состояться выборы в Европарламент, где у Великобритании почти 10% мест.
Избрание депутатов от уходящей страны внесет хаос в работу Европарламента, не говоря уже о том, что нарушит математические схемы и квотную систему по итогам всей процедуры британского выхода.
Во-вторых, еврочиновники требуют от Британии какой-то мотивировки отсрочки. Гарантий того, что за эти несколько месяцев стороны смогут сделать то, что не сумели за два предыдущих года – найти взаимоприемлемую процедуру выхода.
Гарантий того, что Терезе Мэй удастся найти какой-то консенсус между тремя фракциями в британской элите (сторонниками жесткого Брекзита, мягкого Брекзита и отказа от Брекзита), а также позицией Брюсселя, которому нужно либо британское покаяние и сохранение в составе ЕС, либо максимально жесткий для британской экономики Брекзит, дабы другим странам не повадно было покидать Европейский союз.
А гарантий таких нет, ведь целый ряд вопросов выглядит вообще нерешаемым в рамках взаимного компромисса и удовлетворения.
Одним из самых ярких примеров является ситуация с британо-ирландской границей.
Без ЕС и без Северной Ирландии
На сегодняшний день обе страны остаются членами ЕС, и границы между Ирландией и Северной Ирландией фактически нет – товары и люди свободно перемещаются из республики в часть Соединенного Королевства и обратно. По мнению ряда экспертов, данные свободы стали важнейшим элементом в деле стабилизации ситуации на острове.
В случае выхода Великобритании из ЕС граница должна быть восстановлена, что означает восстановление кровопролития. Ни о каких особых условиях функционирования этой границы договориться не удалось. Взамен Брюссель предложил Лондону следующую схему: в случае выхода Великобритании граница не будет восстановлена до тех пор, пока сторонам не удастся найти компромисс.
Однако эта хитрая схема предполагает, что Великобритания остается в рамках европейского общего рынка, но при этом (поскольку она вышла из ЕС) не будет иметь права голоса, и не сможет влиять на процесс регулирования этого рынка.
Естественно, Тереза Мэй от такого варианта отказалась – перефразируя лозунги американских колонистов, ее не устраивает формула «налоги без представительства».
Дублин предложил свой вариант решения проблемы. Граница восстанавливается, однако она будет проходить не по линии Ирландия-Северная Ирландия, а по Ирландскому морю. То есть фактически Северная Ирландия оказывается вне британской юрисдикции, что, конечно же, еще больше не устраивает Терезу Мэй.
* * *
По сути, у истории с Брекзитом нет хорошего выхода для Великобритании. Жесткий Брекзит ударит по экономике и приведет к дезинтеграции страны – причем речь даже не столько о Северной Ирландии, сколько о Шотландии, которая на референдуме голосовала за сохранение в составе ЕС и политики которой сейчас требуют провести новое голосование о выходе из состава Великобритании, покидающей Евросоюз.
Провести новый референдум и под его сурдинку отказаться от Брекзита Тереза Мэй не может – такое переголосование вызовет не только серьезнейший раскол в Консервативной Партии, но и подорвет доверие к ней со стороны электората. Даже досрочные выборы не решат проблему, ведь новому премьеру тоже придется решать между двумя очень плохими вариантами: жестким Брекзитом и отменой результатов референдума.
И он тоже, как Тереза Мэй, будет топтаться на месте, боясь сделать выбор, который сделать придется.
* * *
Геворг Мирзаян
- доцент департамента политологии Финансового университета при правительстве РФ
«Expert.Ru»