Хроника провинциальной трагедии
В прошлую среду, как только стало ясно, что происходит в Халле, канцлер Меркель отправилась в синагогу.
Она посетила службу на Ораниенбургерштрассе в Берлине, без свиты, практически без охраны, чтобы поддержать растерянных и ошарашенных людей, завершавших трудный День Искупления – Йом-Киппур. Это был верный жест руководителя страны, но и достойный поступок неравнодушного человека.
(Прим. «Nautilus»: Насчёт свиты - не совсем точно. Свита была, и довольно странная.)
В контекстеПрощай, Германия! Эту страну уже не спасти. Даже если разом сменить всю элиту, это ровным счётом ничего не изменит! Министерства и прочие органы просто продолжат свою рутинную работу.
А когда посетил синагогу в Халле премьер-министр земли Саксония-Анхальт доктор Хазелофф (ХДС)? В четверг днём, вместе с федеральным президентом, а потом с федеральным министром внутренних дел.
Я разговаривал с людьми, которые провели в осаждённой синагоге, а потом в больнице много часов. С ними были полицейские, им звонил израильский министр, посол США в Германии, но
я не услышал ни одной фамилии земельного чиновника, который бы приехал к людям, находившимся много часов под страхом смерти.
В минувшую пятницу вечером в центре Халле собрались около 500 человек. Они зажгли свечи, чтоб помянуть погибших в теракте и заявить о своём неприятии правой идеологии.
На этой же площади в этот же момент собрались и неонацисты. Один из них забрался с мегафоном на крышу своей машины и орал то, что вещал в эфир убийца из Халле.
Ну, может быть, чуточку другими словами (закон карает за отрицание Холокоста). Полиция аккуратно развела две группы, не давая им вступить в физический контакт.
17-летняя школьница из Халле, дочь одного из членов местной еврейской общины, спокойно рассказывает журналистам: «Мои одноклассники говорят: мы не имеем ничего против евреев, но пусть они все сгорят в печах». Это не истерика, это будни, это восток Германии…
В контекстеДвойные и тройные мерки пропаганды В тот же день началась чудовищная вакханалия пропаганды в зомбопрессе и на зомбоящике. Виновный был найден моментально! Разумеется, это единственная оппозиционная партия страны «Альтернатива для Германии», кто же еще?
По сигналу тревоги из синагоги полиция выслала всего одну полицейскую машину. Через четверть часа они вступили в перестрелку с террористом, ранили его. К этому времени уже было два трупа на улицах города, а подкрепление к двум храбрым полицейским так ещё и не прибыло. После этого силы безопасности больше чем на час вообще потеряли из вида убийцу.
Они узнали о нём лишь тогда, когда в соседнем городке он открыл стрельбу. И это тоже будни востока Германии.
Газета «Бильд» отправила в четверг 9 острейших вопросов, связанных с прямым бездействием правоохранителей во время теракта, земельному министру ВД.
И сделала этот факт достоянием общественности. Даже к понедельнику ответов не поступило.
Я зашёл в прошлое воскресенье на правительственный портал www.sachsen-anhalt.de. Как реагирует земельная власть на событие, всколыхнувшее мир? Всей реакции на Халле – протокольная фотография с высокими гостями из Берлина под заголовком, что премьер-министр глубоко задет случившимся.
Остальное про уголь. Потому что регион угольный, уголь сейчас выметают из экономики – и вот это однопартийца канцлера доктора Хазелоффа действительно задевает до боли. Новость о теракте его, кстати, застала вдали от Лейпцига, на конференции угольных регионов.
Не сразу, но премьер-министр земли, где развивался теракт с неясным исходом и числом жертв, конференцию покинул.
Однако его министр внутренних дел в тот день до синагоги в Халле и настрадавшихся людей не доехал…
И это тоже не драма, а будни востока Германии.
В контекстеГермания: покорное самозашивание ртов За два последних десятилетия произошло значительное расширение сферы табуированных тем. Так, в 1996 году лишь 16% немцев полагали, что патриотизм является деликатным вопросом. Сегодня же их количество достигло 41%.
Надо уже сказать откровенно (вслед за премьер-министром Баварии и министром внутренних дел Германии Зеехофером) – Берлин политкорректно 30 лет закрывает глаза на эти «будни востока». У Халле в бывшей ГДР есть много городов-побратимов. И это тоже не драма, но будни.
Зачем среди этих «будней востока» надо было расселять тысячи и тысячи русскоязычных евреев? Не спрашивайте меня, я не знаю. Как говаривал Бабель точно по такому же поводу, все ошибаются…
В остальном же вывод из этой нелепой жуткой и бездарной трагедии можно сделать банальный:
маленькая дубовая дверь, ведущая в синагогу (оплаченная, кстати, меценатами из Израиля), оказалась много надёжнее местной полиции: она атаку террориста выдержала и людей защитила, а полиция, увы, нет – и в результате первой в послевоенной истории Германии целенаправленной охоты на немецких евреев погибло два непричастных немца и ещё двое ранены…
Но если подняться над деталями, то соль этого сюжета в том же, что и три тысячи, и триста, и тридцать лет тому назад: спасает только Его защита, защищает только Его милость. Но уж в этом точно ничего нового нет…
В связи с терактом в Халле я вновь слышу голоса времён начала 90-х: как евреи могут эмигрировать в Германию?! Это же кощунство!..
Отвечу то же, что отвечал четверть века тому. Евреи живут в Германии тысячу лет. Жили до Гитлера и здравствуют после Гитлера. Мы в том числе здесь и для того, чтоб идеология нацизма исторически не восторжествовала: это Гитлер хотел сделать Германию юденфрай, свободной от евреев. Не получилось и не получится.
200 000 евреев Германии – сегодня лишь треть от того числа, что были в 1935-м. Но дети и внуки рождаются, цифра растёт. Да дело и не в цифре: за 30 лет Германия стала нам настоящим домом.
В этом доме, в подполье живут крысы. Это случается. Такое возможно в каждом жилье. Крысы тянутся к людям, как это цинично ни звучит…
А полицейскую будку у той двери да, теперь поставят. Но мой совет евреям Халле: дверь надо отремонтировать. И не на всякий случай…
* * *
В контекстеКрасная Шапочка на седьмом пути Уверен, мало кто из читателей слышал об ужасной трагедии в Nürnberg-Fürth. Она прошла как-то краем страны. А ведь всё случилось совсем недавно, в ночь на 23 июля. После дискотеки на платформе S-Bahn встретились две группы молодёжи...
Его зовут Штефан Балльет, 27 лет, техник, живёт с мамой в городке в 15 км от Халле, родители развелись, когда ему было 14. Служил в Бундесвере, проучился два семестра на факультете химии. Девушки нет, друзей тоже. Типичный интроверт, с головой ушедший онлайн. Его отец до сих пор не верит, что Штефан способен вообще на какой-то поступок.
Из таких иногда рождаются гении, иногда изощрённые преступники, чаще всего они проживают жизнь по касательной, «не оцарапав земной коры».
«Я лузер», говорит он о себе в камеру на шлеме перед тем, как идти убивать евреев.
Для лузера, лоха, типового неудачника убийца из Халле тем не менее слишком целеустремлён: смастерил два автомата, достал к ним патроны, собственноручно схимичил взрывчатку (в его машине потом нашли ещё 4 кг) и набил ею несколько гранат, купил военную униформу, шлем, взял напрокат автомобиль и выяснил, когда у евреев самый главный праздник…
С этим у него всё получилось. Хотя карабин не смастеришь из «Лего», а достать боевые патроны, если ты не знаком с преступным миром, непросто.
Ещё не проще остаться при этом незамеченным. Но полиция утверждает: Штефан Балльет ей не известен, его биография чиста.
Дальше у лузера всё пошло так, как и должно быть. Он подъехал к воротам синагоги, было 12 часов. Улица пустынна. Вышел из машины в шлеме и форме, с карабином в руках. На шлеме – камера для потокового видео, она даёт прямой эфир на платформу Twitch, где тусуются геймеры всего мира. Балльет ко всему миру и апеллирует, он ведёт репортаж на английском.
(Позже стало известно, что стрим смотрели всего 5 человек, а саму запись убийств до момента её удаления – около 2200).
Лейтмотив: мир несправедлив к таким, как он, Холокоста не было, это еврейская выдумка, ключевая проблема мира – евреи, и он сейчас идёт евреев убивать…
На все эти красования ушло несколько минут. Охрана синагоги (своя, не полиция, полиция синагогу в Халле не охраняла) через видеонаблюдение зафиксировала странного гостя, двери были заперты.
Этот простой шаг спас много жизней. Внутри здания находилось около 60 человек. Все они живы и невредимы. Потому что «Халлекост» у Баллета не задался. Он попытался расстрелять замок дверей – не получилось. Бросил в дверь гранату-самоделку – не взорвалась.
Раздосадованный истребитель евреев решил: если уж не добраться до живых, то атакует мёртвых – и вторую гранату забросил через стену еврейского кладбища. Взрыва не случилось, судьба лоха по-прежнему рулила событиями.
При этом нельзя сказать, что будущий убийца находился под давлением исчезающего времени: стрельба в центре города не привела к немедленному прибытию полицейского патруля (как позже сообщил земельный министр ВД, сигнал тревоги поступил в полицию в 12.03, в 12.11 патруль был у синагоги).
За несколько минут до приезда полиции на глаза убийце в прямом эфире попалась прохожая. Как позже выяснилось, 40-летняя дама, проживающая по соседству. Он её хладнокровно расстрелял почти в упор, в спину. К синагоге и еврейской общине убитая отношения не имеет.
Балльет начинает нервничать. Он садится в машину и едет куда глаза глядят.
Через 500 метров его взгляд натыкается на имбис с кебабами, традиционный турецкий гешефт. На записи слышно, как вооружённый идиот говорит себе: О, донер-кебаб! Берём!..
В контекстеТрамвай «Шарли» Не верьте географической карте! Со времён Кука и Тасмана кое-что изменилось, Новая Зеландия давно уже находится в Европе: во всём, что касается «войны цивилизаций», она расположена между Швецией и Германией, и граничит с Францией и Испанией.
Балльет врывается в кафе в своей амуниции, стреляя от живота. У прилавка – два человека. Он стреляет неприцельно. Парень 20 лет, зашедший пообедать маляр, просит: «Не убивай меня!». «Заткни пасть, обезьяна!» – отвечает ему Балльет, воображающий себя бравым эсэсовцем, и расстреливает паренька. Это – уже второе убийство.
Работник кебабной успел выскочить через заднюю дверь. Второй посетитель спрятался за холодильником…
Полиция прибыла к кебабной через четверть часа после начала стрельбы. Балльет как раз завершил там расстрел.
Увидев полицейскую машину, преступник открыл по ней огонь. Полицейские что-то ответили. Но пистолету трудно возражать карабину. Тем не менее пуля оцарапала горло преступника.
Балльет уезжает. Полиция его попросту теряет. На час. Он добирается в соседний город, пытается сменить машину. Ему мешают, огонь из автомата – новая жертва этой жуткой эпопеи: тяжело ранен электрик из авторемонтной мастерской и его жена. Но оба выживут после операций.
Убийца захватывает такси и мчится к автобану в сторону Лейпцига. Дальше всё банально: большая погоня, вертолёты, спецназ. К этому времени за преступником охотятся около 800 полицейских.
Но дело решил дальнобойщик: он блокировал такси. Как выяснилось позже, не по просьбе сил правопорядка, а от возмущения наглостью водителя.
Убийцу схватили. Искали сообщников. К четвергу выяснилось: он был один в этом жутком деле, сообщников не обнаружили. Одинокий лох, лузер, обычный планктон решил, что в его банальной судьбе виноваты евреи. Этому сюжету три тысячи лет.
Горя ненавистью к евреям, убил немку и немца, ранив ещё двоих неевреев.
И этот поворот не нов: антисемиты всегда убивают и своих, а иногда больше своих, чем евреев.
Полиция приехала слишком поздно. Халле, знаете, не Мюнхен или Лейпциг. Если представлять себе глухую восточнонемецкую провинцию, то Халле/Залле – идеальный пример.
Там и евреев-то никаких не было до начала нового века (хотя еврейская община в тех краях впервые появилась в XIII веке), а те, кто есть сейчас – постсоветские, прибывшие, как у нас говорят, «по анкетам»: их принудительно направляли в города востока Германии, многие там и осели.
Стараниями Хабада и раввина Йегуды Тайхталя в этих городках открылись синагоги. Одна из них теперь стала знаменита на весь мир…
* * *
Арсений Каматозов
«Русская Германия»
«Русская Германия»