Небольшой, отколовшийся регион на Кавказе глубоко патриархальный. Но вот что происходит, когда вы просто даете женщинам доступ к власти.
Нагорный Карабах, маленький мятежный регион на Кавказе, является в высшей степени патриархальным. Однако здесь можно наблюдать, что происходит, когда доступ к власти получают женщины, пишет корреспондентка немецкого Der Spiegel Фиона Элерс.
Так, Армине Алексанян, замминистра иностранных дел Нагорного Карабаха, благодаря историческому шансу пришла к должности, которую в ином случае ей никогда бы не дали «в этой «республике мачо», где мужчины по сегодняшний день находятся в боевой готовности, охраняют границы и громко раздают приказы. Где два поколения женщин закрывали свой рот платками и даже 70 лет советской власти лишь незначительно изменили традиционное распределение ролей в лучшую сторону», повествует журналистка.
«Мятежная республика Нагорный Карабах, которая, согласно международному праву, относится к Азербайджану, отмечена войной и бедностью и является строго патриархальной. Несмотря на это, здесь есть женщины, которые почти два десятилетия завоевывают власть, - продолжает автор. - Они добиваются ведущих должностей, управляют министерствами, руководят университетом, Верховным судом, полицейскими подразделениями. Они заполняют пробелы, которые оставили мужчины, павшие в бою, раненные на войне или бежавшие в Россию на заработки».
С Азербайджаном Нагорный Карабах находится в кровной вражде с тех пор, как в 1991 году он объявил о своей независимости и началась война, которая кипит до сих пор. Почти 40 тыс. убитых и более одного миллиона изгнанных было у обеих сторон, сообщает издание.
Ни одна из женщин, получивших в Нагорном Карабахе доступ к власти, не искала себе такой судьбы. Ни одна из них не является отъявленной феминисткой, им мало интересны дебаты вокруг MeToo и вопросы распределения ролей между мужчинами и женщинами, отмечает автор.
Над письменным столом в кабинете Армине Алексанян висит фотография осла. «Волевой и упрямый», - говорит Алексанян. Такой же, как и она сама. Эти черты характера помогут ей бороться за цель ее жизни: право на самоопределение и международное признание. Пока Нагорный Карабах не признан мировым сообществом и даже страной-протектором Арменией - республика фактически является армянским эксклавом на территории Азербайджана.
Мужчин нужно убеждать кротостью, они не должны чувствовать, что их опередили и оттеснили - это знает Алексанян, как и все женщины в Нагорном Карабахе. При этом важно, чтобы в отношениях с другими распределение ролей сохранялось. Многие женщины здесь сами строят карьеру и ведут независимую жизнь, однако они не упрекают в этом своих мужей, говорится в статье.
«Мы не знаем мужского насилия», - говорит министр образования Нарине Агабалян. Ей не приходит на ум ни одна страна на земле, которая была бы более безопасной для женщин. Почему, из-за большого количества солдат и сотрудников органов безопасности? «Потому что нас так мало, - говорит министр, и так говорят почти все женщины, которых можно встретить в Нагорном Карабахе. - Потому что все здесь знают друг друга, и ни один мужчина не может позволить себе скандал».
По мнению Мануш Минасян, ректора государственного университета, их страна предоставляет женщинам огромные возможности. По ее словам, за последние 10 лет количество женщин на руководящих должностях увеличилось на 300%, на государственной службе - на 60%. «Женщины легче приспосабливаются и являются более надежными, но прежде всего они лучше образованны», - утверждает ректор. Так как девушки не обязаны служить в армии, они концентрируются на учебе. При этом, отметила Минасян, девушки должны служить в армии, если они этого хотят. В случае необходимости - и это говорят почти все женщины в Нагорном Карабахе - они защищали бы свою страну с оружием в руках, передает издание.
Еще одной собеседницей издания стала 27-летняя политолог Нана. Она твердо верит в то, что когда-нибудь она будет жить свободной жизнью, независимо от войны и мужчин. «Вместе с Наной вырастает поколение, которое на шаг отдалилось от таких женщин, как министр образования и замминистра иностранных дел. Их представления о мирном Нагорном Карабахе выходят за рамки решения конфликта с Азербайджаном. Эти женщины не переживали войну 1990-х годов, четырехдневная война в апреле 2016 года была для них лишь коротким дурным сном. Они меньше думают категориями «жертв и преступников» и почти не делают различия между женщинами и мужчинами», - отмечает автор.
«Однако пока еще все не закончено, страна все еще является забаррикадированным островом и связана с Арменией только одним коридором, через который два раза в день проходят микроавтобусы с людьми и товарами», - говорится в статье.
«Это как пылесосить», - говорит 38-летняя Вардитер, одна из участниц группы женщин, которые ищут и обезвреживают мины, расчищая грязь войны. Ее муж абсолютно не в восторге от ее работы, однако Вардитер признается, что любит свою работу: «Дома я должна пылесосить по-настоящему, я это ненавижу и скучаю по минам».
Каждый десятый из 400 человек, занимающихся обезвреживанием мин в Нагорном Карабахе, это женщина. Они крайне нужны своей маленькой стране, полной оружия: количество мин и осколочных бомб в Нагорном Карабахе - одно из самых высоких в мире, пишет издание в заключение.
* * *
Фиона Элерс
«InoPressa»
«Der Spiegel»