Исламисты и Эрдоган выгнали Путина из Сирии
Корабли НАТО на Кипре. (Фото: «Nautilus»)
Влияние РФ на Ближнем Востоке подорвано надолго.
На фоне ситуации в Сирии Кремль в глазах ближневосточных правительств выглядит плохо информированным, нерешительным, чересчур зависимым от Ирана, пишет Константин Эггерт.
Российскую военно-морскую базу в сирийском городе Тартус я видел издалека - первый и единственный раз, 18 лет назад. Нужно было тогда одолжить у местных знакомых бинокль, всмотреться, запомнить. Потому что скоро смотреть будет не на что.
Эрдоган Путину не помог
В контекстеПроект закрыт, затраты списать В 2017 году Россия взяла порт Тартус в аренду на 49 лет. В него тоже были вложены огромные деньги. Тартус и авиабазу Хмеймим прикрывают ракетные дивизионы С-400, С-300 и комплексы «Панцирь-С1». Российская пропаганда очень гордилась Тартусом. Своя база на Средиземном море!
Новое руководство Сирии заявило, что не продлит договор с Россией об аренде «Пункта материально-технического обеспечения» - так официально именуется объект. Нетрудно предположить, что расположенную неподалеку авиабазу Хмеймим ждет такая же участь.
54-летняя история постоянного советского, а затем российского присутствия в Средиземном море, бесславно завершается.
Специалисты по военно-морским силам разных стран практически единодушны: ВМФ России слабее и технически хуже флотов США, Франции и Великобритании. Черноморский флот РФ был фактически изгнан Украиной из аннексированного РФ Крыма в Новороссийск.
Однако база Кремлю очень нужна. Это ключевое звено логистической цепи снабжения российских наемников в Судане и Центрально-Африканской республике. Кремль также использует ее для поддержки своего человека в Ливии, маршала Халифы Хафтара.
Президент Турции Реджеп Эрдоган - главный зарубежный политик, обладающий влиянием на новое сирийское руководство. С точки зрения победивших в гражданской войне сирийских суннитов, бомбившие и обстреливавшие их российские военные - ненавистные убийцы, которым в Сирии не место. Однако эмоции в политике нередко отступают перед расчетом или внешним влиянием.
Когда режим Асада пал, я предположил, что Анкара могла бы на определенных условиях все же попытаться уговорить бывших повстанцев, а ныне хозяев Сирии из «Хайят Тахрир аш-Шам», позволить Москве сохранить ограниченное присутствие на средиземноморском побережье хотя бы на какое-то время.
Получается, Эрдоган не захотел замолвить за Путина слово в Дамаске. Либо же замолвил и получил отказ.
Как сказал мне хорошо информированный дипломат, работающий в регионе, «турки, конечно, влияют на правительство в Дамаске, но, по моему мнению, не командуют им».
Кроме того, в последние месяцы турецкие эмиссары зачастили в Ливию. Похоже, Хафтар все больше становится «их человеком».
«Эрдоган любит иметь, так сказать, эксклюзивные отношения с политическими «клиентами» Турции в разных странах, - отметил мой собеседник. - В ливийских делах Россия ему теперь скорее помеха».
Асад в ожидании вызова к Путину
В контекстеРоссии грозит катастрофа в Средиземноморье Потеря Тартуса обрушит влияние России в Южной Европе и Северной Африке. Компенсировать потерю Тартуса для России может только возобновление доступа к проливу Босфор, но пока идет война в Украине, этого не произойдет.
Ситуация для Путина унизительная. Если верить людям из ближайшего окружения Башара Асада, например, его бывшему шефу коммуникаций Камилю Сакру, то Путин просто «сдал» сирийского диктатора. Он долго не отвечал на его звонки, заставлял сидеть в московской гостинице Four Seasons и днями ждать приема.
В течение нескольких недель на Ближнем Востоке была популярна такая конспирологическая теория: дескать, Путин отказался выручить Асада, в надежде обеспечить через Анкару продолжение аренды баз.
Теперь ясно: молниеносное наступление повстанцев и крах режима Асада стали для режима российского настоящим сюрпризом.
Вдобавок, агрессия против Украины - это, похоже, единственное, о чем в Кремле еще способны думать и на что еще есть ресурсы.
Предстоящее изгнание российских военных из Сирии не останется, собственно, уже не осталось незамеченным на Ближнем Востоке, где сила - основа уважения и стабильных межгосударственных отношений.
Буквально за полтора месяца саудовцы и египтяне, иорданцы и марокканцы, оманцы и израильтяне убедились: то, что Путин «никогда не бросает в беде союзников», - ложь; что «российские спецслужбы со времен Насера и Хрущева знают о каждом шорохе в регионе», - ложь; что «Путин всегда найдет, чем ответить обидчику», - тоже ложь.
Помните, как премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху стоял на Красной площади на параде 9 мая с георгиевской ленточкой на лацкане?
А сегодня Израиль заявляет о намерении передать Украине российские вооружения, обнаруженные в Ливане на позициях «Хезболлах».
Иранский просчет Кремля
В контекстеСирия после Асада: новые правила игры на Ближнем Востоке В отношении к вооруженной оппозиции, которая теперь становится властью в Сирии, преобладают настороженность и опасения… Что касается собственно сирийцев, они просто не знают, чего ожидать. Из внешних сил даже те, кто выглядит явными выгодополучателями перемен - Турция и Израиль, - испытывают смешанные чувства.
Ставка Путина на Иран, как на стратегического союзника, - это другой источник его нынешних и будущих проблем на Ближнем Востоке. Иранский режим воспринимается в большинстве стран региона, как минимум - как проблема, как максимум - как потенциальная угроза. Изгнание иранцев из Сирии - повстанцами, а из Ливана - израильтянами вызвало у арабских элит неприкрытую радость.
Российский режим теперь прочно ассоциируется в их памяти с кадрами брошенных впопыхах баз Корпуса стражей исламской революции.
Почти одновременно с объявлением об отказе в продлении тартусской аренды сирийские власти объявили о запрете на импорт товаров из Ирана, России и Израиля.
«В отношении Израиля все ожидаемо. Исламисты в Дамаске резко менять прежнюю, традиционную позицию пока не станут, хотя в перспективе все возможно, - объяснил мне мой дипломатический знакомый. - Зато с Ираном и Россией этот запрет надолго».
Когда российские войска вместе с наемниками ЧВК «Вагнер» сумели в 2015 году спасти режим Башара Асада, о «триумфальном возвращении России на Ближний Восток» говорил не только коллективный Соловьев, но и вполне уважаемые западные эксперты. Меньше чем через десять лет, однако, Путину пришлось уходить с позором.
Чтобы увидеть это, в отличие от тартусской базы в предзакатной дымке, бинокль не нужен.
* * *
Константин Эггерт
«Deutsche Welle»