Два года назад Россия лишилась генерала-лейтенанта Валерия Асапова в городе Дейр-эз-Зоре после минометного обстрела — предположительно, произведенного ИГИЛ.
B очередной раз беспощадно препарируя своих коллег, Дэвид Ллойд Джордж (David Lloyd George) однажды сравнил великого лорда Китченера (Lord Kitchener) во время Первой мировой войны с «одним из вращающихся маяков, который бросает кратковременные лучи далеко в окружающую его мглу и внезапно вновь погружается в полную тьму». На Ближнем Востоке мы чем-то напоминаем Китченера. Мы ужасаемся огромному взрыву в Бейруте, удивляемся «вероломному» новому миру между Израилем и крошечной монархией в заливе, а потом позволяем тьме вернуться.
Так, всего три дня назад, далеко в жаркой пустынной мгле восточной Сирии мы пропустили очередной взрыв намного меньших масштабов по сравнению со всеми, которые были в соседнем Ливане, но проливший, тем не менее, слишком явный свет на почти забытую войну. Взрыв прогремел рядом с дорогой, находящейся едва ли в 15 милях к востоку от сирийского города Дейр-эз-Зора, он привел к гибели российского генерала-майора. Его конвой возвращался из «гуманитарной операции», как назвало ее российское Министерство обороны в мрачно лаконичном и бесполезном докладе.
Бомба была самодельным взрывным устройством — придорожной миной-ловушкой наподобие тех, что погубили стольких американских солдат в Ираке и на которых подорвались многие сирийские военные за последние девять лет. Генерал — а согласно русским, «старший военный консультант» — остался не назван, но погиб от «тяжелых ранений» уже после оказания ему медицинской помощи. Двое его коллег тоже были ранены, но выжили.
Официальное информационное агентство Дамаска САНА (SANA) столь же немногословно упомянуло российского «мученика» в восточной пустыне и союз Москвы с Сирией в ее войне против «терроризма». Но у сирийских военных есть свои подозрения: не будучи отдельно взятым нападением со стороны оставшихся боевиков ИГИЛ (организация признана террористической и запрещена в России, — прим. ред.), этот взрыв мог произойти в рамках непубличной, но смертельной небольшой схватки между американскими и российскими силами и их союзниками в восточной Сирии.
Район пустыни, где была заложена бомба, известен благодаря двум отличительным чертам: городу Дейр-эз-Зору, раскинувшемуся на берегах Евфрата, и сирийским нефтяным месторождениям, большинство которых теперь оказались в курдских (или американских) руках.
Город находился под осадой ИГИЛ до 2017 года, его командир, сирийский друз, противостоял со своей 137-й бригадой в течение трех лет постоянным нападениям ИГИЛ и — случайно, по словам американцев, — серии из 37 авиаударов США в сентябре 2016 года, в ходе которых погибли от 50 до 60 сирийских солдат.
Два года назад Россия лишилась генерала-лейтенанта Валерия Асапова в городе Дейр-эз-Зоре после минометного обстрела — предположительно, произведенного ИГИЛ. Асапов, глава группы российских консультантов в Сирии, стал самым высокопоставленным российским военным, погибшим в ходе войны в Сирии. В то время и российские, и сирийские военные подозревали, что снаряд мог быть выпущен курдскими боевиками и что американцы могли быть причастны к этому удару, нацеленному против генерала.
Сами сирийцы ранее ссылались на «террористов», закладывавших взрывные устройства рядом с шоссе М4, пересекающим провинцию Идлиб — 250 миль к северо-западу от Дейр-эз-Зора, — где совместные российские, сирийские и турецкие патрули курсируют между Алеппо и Средиземным морем. Но в этих случаях, как считается, замешан ИГИЛ и другие исламистские группировки. На востоке страны дела обстоят совершенно иначе.
Вскоре после убийства российского генерал-майора на этой неделе, к примеру, сирийские военные доложили, что к одному из их контрольно-пропускных пунктов рядом с Евфратом подъехал американский патруль в сельской местности недалеко от Хасаки, территории, частично находящейся под контролем сирийских, а также курдских группировок, сотрудничающих с Вашингтоном. Сирийская армия подтвердила, что один из ее солдат был убит американскими военными во время последовавшей перестрелки. Другие солдаты были ранены.
Примерно в то же время поблизости от американской базы недалеко от Евфрата был нанесен ракетный удар — на окраине одного из сирийских нефтяных месторождений, которые удерживают американские и курдские силы на востоке страны. Сам Дональд Трамп (Donald Trump) заявлял в прошлом году, что он «получит месторождения» в восточной Сирии, изначально приказав своим войскам покинуть, как он выразился, страну «песков и смерти» (недурное описание пейзажа, по крайней мере на Трампоязе). Эти месторождения были захвачены ИГИЛ, когда он только вступил в восточную Сирию, и эксплуатировались турецкими инженерами для экспорта в Турцию до тех пор, пока ее грузовые конвои не попали под бомбардировки как американцев, так и русских.
Фактически события в восточной Сирии следует расценивать как в контексте все более уязвимых отношений между сирийским правительством и сирийскими курдами, так и в контексте отношений между русскими и американцами — хотя почти наверняка в дальнейшем будут происходить столкновения с участием и тех и других. Теперь, когда в руках курдов оказалась нефть из остальной Сирии — в разгар экономического краха режима Асада — правительство обнаружило, что курды не хотят больше продавать ему пшеницу.
До сих пор в шалтай-болтайском мире восточной Сирии курды — разрывающиеся между турецкими врагами, американскими спасителями (весьма сомнительными в этой своей роли) и Дамаском — продолжали поставлять в остальные регионы Сирии пшеницу из больших равнин в районе Дейр-эз-Зора и юга Хасаки. Отчаянно пытаясь избежать отмены субсидий на хлеб для более, чем половины населения страны, сирийские власти были довольны тем, что платили курдам за годовой урожай. Однако теперь курды решили сами платить фермерам — оставляя пшеницу себе.
Это серьезный кризис. Едва три года назад сирийские власти все еще поставляли курдским силам автоматы и противотанковые ракеты для борьбы с ИГИЛ, но прекратили поставки, когда американцы возобновили свой альянс с курдскими силами вдоль турецкой границы. В Дамаске поползли слухи, что США обратились с просьбой к одной американской компании об эксплуатации сирийских нефтяных месторождений — что не только лишит правительство Асада топлива, но и фактически станет кражей нефти с суверенной территории самой Сирии, земли, которая, как настаивали русские, должна быть целиком возвращена Дамаску.
Поэтому небольшой взрыв, в котором погиб российский генерал-майор на этой неделе, возможно, играет гораздо более важную роль, чем мы полагаем. НАТО и русские могут сколько угодно заниматься тренировкой своих армий в Восточной Европе, но единственное место на земле, где полностью функциональные подразделения Москвы и Вашингтона сталкиваются друг с другом — это пустыня «песков и смерти» в районе Евфрата. Иными словами, война в Сирии еще не окончена.
* * *
Роберт Фиск
«ИноСМИ»
«The Independent»