В России о моральном аспекте катастрофы и сочувствии жертвам приказано забыть
Пятилетие, прошедшее с момента трагедии малазийского «Боинга», сбитого 17 июля 2014 года российскими военными над территорией, контролируемой донецкими сепаратистами.
В контекстеЦарь Путин и учитель из Бельгии История гибели малайзийского «Боинга» для официальной Москвы опасна намного больше войны на востоке Украины и конфликта вокруг принадлежности Крыма. С тем, с чем готовы смириться западные политики, не смирится западное общественное мнение.
За время, прошедшее с того дня, удалось установить практически все обстоятельства катастрофы, которые можно было выяснить без помощи российского правительства.
Оно не только не помогало следствию, но, наоборот, активно мешало ему, всячески уводя его в сторону от истинных виновников, одну за другой выдвигая самые фантастические версии происшедшего и не отвечая на вопросы, которые пытались задать российским властям о возможной причастности Москвы к гибели «Боинга».
Поэтому до сих пор не установлены те, кто непосредственно совершил преступление — отдал приказ о пуске ракет, равно как и те, кто непосредственно нажал кнопку.
Думаю, что их имена мы узнаем только после смены политического режима в России, причем только в том случае, если новый режим будет настолько демократическим, что готов будет не только публично признать преступления российских военных, но и сурово наказать их за это.
Сегодня, с точки зрения российского права (так, как его трактуют послушные власти суды), экипаж злосчастного «Бука», если бы Путину вдруг пришла в голову фантазия привлечь его к ответственности за нерадивое несение службы (пассажирский самолет от военно-транспортного средь бела дня отличить не смогли!), можно было бы обвинить только в убийстве по неосторожности (по ошибке сбили гражданский самолет) и приговорить к минимальным, а то и вообще к условным срокам заключения.
Ведь с точки зрения Кремля, хотя и неозвученной публично, российская военная интервенция в Украине — вещь вполне законная.
И если бы на месте пассажирского «Боинга» был украинский военно-транспортный ИЛ-76, к экипажу «Бука» у российской юстиции и вопросов бы не возникло.
А вот с точки зрения Украины и международного права этот экипаж и те, кто санкционировал его отправку в Украину, — это преступники, виновные в умышленном массовом убийстве и в террористическом акте.
И если бы они все когда-нибудь предстали перед украинским, голландским, австралийским или международным судом, то получили бы очень солидные тюремные сроки, вплоть до пожизненного заключения.
В таком суде квалификация преступления бы не изменилась, если бы вместо погибших 298 членов экипажа и пассажиров, среди которых были дети, жертвами «Бука» стали бы украинские военнослужащие.
Ведь с точки зрения, как международного законодательства, так и законодательства других стран, исключая Россию, присутствие российских военных в Украине абсолютно незаконно и считается актом агрессии.
Ни в какой легально объявленной войне они не участвуют. Наоборот, российское правительство официально от этих военнослужащих всеми силами открещивается и, в случае если отрицать их присутствие в Украине уже нет никакой возможности, называет их отпускниками или отставниками.
Поэтому, с точки зрения закона, экипаж «Бука» и все те, кто отдавал ему приказы, способствовал доставке комплекса на Донбасс и его последующей эвакуации в Россию, виновны в совершении террористического акта или в пособничестве ему.
И когда какое-то другое, не путинское, российское правительство придет именно к такой позиции относительно гибели малазийского «Боинга» и всех связанных с ним событий, тогда можно будет говорить о том, что в России установилась подлинная демократия.
В контекстеСоцсеть — находка для шпиона Bellingcat предприняло расследование обстрелов украинской территории с российской, провело исследование обстоятельств гибели малайзийского самолета, сбитого над Донбассом, а также установило личности «Петрова» и «Боширова», обвиняемых в отравлении Скрипалей.
Сейчас, накануне 5-летия гибели «Боинга» и грядущего заочного суда над соучастниками этого преступления (единственным очным участником процесса может стать бывший начальник ПВО Снежного Владимир Цемах, недавно вывезенный СБУ из ДНР в Киев), который начнется в марте 2020 года, никаких перемен в российской позиции не произошло.
Никаких признаков покаяния и готовности взять на себя ответственность за преступление.
Вот бывший министр обороны ДНР Игорь Стрелков-Гиркин, который в свое время публично приветствовал гибель «Боинга», будучи убежден в тот момент, что это — украинский военно-транспортный самолет, теперь глумится над трагедией, заявив:
«Вынося против меня обвинение в причастности к уничтожению малазийского «Боинга» над Донбассом, голландцы сами прекрасно понимают и знают всю ее глупость и бессмысленность. Я сбил «Боинг» из «специальной баллистической рогатки». Любой дурак знает, что ополчение «Боинг» не сбивало».
И добавил, что Запад и Украина «забросили эту удочку и говорят, а клюньте ее, а сдайте нам этого, как в том фильме, «Место встречи изменить нельзя» — «а отдайте нам на растерзание вашего мусорка», и что даже если его передадут следствию, «Россию никто не простит»:
«Это будет только предлог, такая обмануха, а вдруг кто-то клюнет, и причем вызывающая большой соблазн у нашей любимой администрации сделать вид, что поверили, и клюнуть. Именно сделать вид, что поверили, и клюнуть, опять же переложив потом ответственность на наших, как вы правильно заметили, силовиков. Стоит сделать это, и удар по силовикам будет мощнейший, и тот трансфер, за который сейчас идет борьба, они от нее будут отстранены. Прекрасный ход».
Всю эту чушь Игорь Иванович мелет совсем не потому, что боится международного розыска и украинского, голландского, австралийского или международного суда.
Нет, ему говорить по-другому нельзя, прежде всего потому, что, признай он свою и российскую ответственность за гибель «Боинга», и кураторы из Администрации Президента РФ и ФСБ тотчас отправят его в штаб Захарченко, Моторолы, Гиви, Бэтмана и прочих.
А соратник Стрелкова, бывший начальник штаба славянской бригады Эльдар Хасанов, порадовал журналистов новой бредовой версией: будто бы в июле 2014 года в районе города Снежное были обнаружены две украинских системы «Бук», которые и могли сбить гражданское воздушное судно с целью обвинить Россию и ополчение «ДНР».
И тут же продемонстрировал критический подход к источникам:
«То, что в ряде изданий пишут, что «Боинг» добивали из самолёта, я не могу подтвердить, потому что подобные вещи должны расследовать компетентные комиссии, и эти комиссии должны быть со стороны РФ. Так как это зона боевых действий, можно предположить что угодно, что там проезжала какая-нибудь БМП-2, у которой калибр снаряда соответствует тем отверстиям, которые были обнаружены».
На эти пассажи реагировать должны не политологи, военные и авиационные эксперты и журналисты, а специалисты в области психиатрии.
Похоже, в России сейчас будут не столько выдвигать новые абсурдные версии гибели малазийского «Боинга», которым уже никто в мире не верит, сколько постараются перевести всю эту историю в нечто, над чем можно и нужно только смеяться, чтобы будущие поколения воспринимали вину России в этой катастрофе как некий русофобский фейк.
О моральном же аспекте катастрофы и сочувствии жертвам приказано забыть.
* * *
Борис Соколов
«День Киев.Ua»