О трех сирийских «государствах» на нашей границе
С вершины своего завораживающего белоснежного величия взирает Хермон на «Сирию». Какой видится ему война на наших границах? Что происходит там? И почему это возвращает нас к нашему древнему наследию? И как выглядят античные синагоги, что были там найдены? Записки и фотографии, разъяснения и карты с границы «трех государств».
Воскресенье 19 февраля стало еще одним днем гражданской, статичной на текущий момент войны на истощение в «Сирии». Вместе с тремя хорошими друзьями – Рои Римоном и Менахемом Ландсманом из киббуца Айелет ха-Шахар, а также Иланом Адаром из киббуца Мером ха-Голан, мы отправились поглядеть на то, что происходит на нашей границе. Мне хотелось увидеть три расположившихся там сирийских «государства». Нам повезло – после дождливых дней, увлажнивших позеленевшую землю, выглянуло солнце, обеспечив нам отличную видимость.
Сирия стала «государствами», которым уже никогда не суждено вновь превратиться обратно в Сирию…
Нашим основным наблюдательным пунктом стала гора Хозак, она же «Тель Хазека» на хребте Башанит, возле горы Бней-Расан, в западной части Голанского плато. Вершина горы находится высоте на 1158 метров, с севера на юг открывается вид на все три сирийских «государства» (это место, к северу от Алоней ха-Башан, обозначено на карте звездочкой).
К слову, забираться сюда без соответствующего сопровождения я не советую! Это военный район, он может быть опасен как из-за стрельбы снайперов, так и из-за случайных пуль, залетающих снизу – из гражданской войны, идущей в «Сирии».
С горы открылся вид на пригороды Кунейтры и 7-ю трассу, ведущую к Дамаску. Можно было разглядеть и еще одну важнейшую, стратегическую трассу М-5, протянувшуюся от Даръа на юге до Алеппо на севере – сирийский аналог «трансизраильского шоссе». Тот, кто контролирует ее – контролирует всю Сирию.
Здесь, на хребте, в войну Судного дня располагалась позиция Армии обороны Израиля – 109-й опорный пункт, бой за который стал одним из ключевых. Одним словом, это отличное место для того, чтобы хорошо рассмотреть все происходящее внизу.
К слову, видимость была фантастическая. Дул сильный ветер (не зря на соседней горе Бней-Расан поставлены ветряные турбины). Было холодно. И казалось, что мы прогуливаемся по Луне.
Кстати, холод – серьезный момент в сирийской гражданской войне, поскольку чем холоднее, тем менее интенсивными становятся бои. Нынешняя зима была на редкость холодной. Теперь все стороны готовятся к весеннему потеплению. Ох, недаром Ближний Восток славится своими «веснами».
Внизу было относительно спокойно. Лишь изредка тишину прерывала артиллерия: со стороны Эль-Хары поднималось облако дыма, а к северу от нас раздавался глухой отзвук взрыва. К востоку от нашей границы, в районе Даръа, наступление повстанцев сопровождается тяжелыми боями, но здесь, на границе, все спокойно.
На сегодняшний момент границы всех трех государств более или менее установлены. Иными словами, каждая сторона знает, кому какая деревня принадлежит. Этакое напряженное ожидание, возможно, усталость, а может статься, и тихое согласие о разделе «Сирии», чья карта превратилась в лоскутное одеяло, состоящее из отдельных анклавов. Каждая сторона желала бы расширить свои зоны и объединить их. Но цена слишком уж высока. В качестве демонстрации своего несогласия с чужими приобретениями они время от времени обстреливают друг друга из артиллерийских орудий, но изменить позиции не пытаются.
ИГИЛ
На юге, на протяжении 20 километров вдоль нашей границы, протянулось «Исламское государство» (обозначенное на карте черным цветом). Этот анклав под контролем джихадистской группировки «Шухада эль-Ярмук», присягнувшей на верность Абу-Бакру Багдадскому и называющейся теперь «Армией Халеда сына аль-Валида» (»Джейш Халид ибн аль-Валид») окружена врагами со всех сторон. Но к востоку от Горы друзов на юге Сирии, есть еще одна огромная территория, лояльная ИГИЛу. Между обоими анклавами налажена логистическая связь.
«Исламское государство» атакуют все - и суннитские повстанцы, и армия Асада, и иорданцы, на границе которых оно расположилось. Но пока им не только удается удерживать свои позиции, но и отвоевывать новые территории у других повстанцев. С нами они не связываются. Лишь однажды, в ноябре прошлого года произошел инцидент, когда наши солдаты столкнулись с боевиками этой группировки. Я думаю, что это была «ошибка идентификации» - боевики ИГИЛа приняли израильтян за своих противников из суннитских ополчений, поскольку израильтяне находились по другую сторону пограничного забора, хотя и все еще на израильской стороне.
В своей зоне боевики ИГИЛа обустроили все на свой вкус. Они ввели шариатский закон в его самой жесткой интерпретации. В числе прочего, недавно казнили «колдуна», обвиненного в колдовстве. Его казнь была искусно заснята на видео, с крупным планом на пластически отточенном отсечении головы, а затем опубликована в сети.
К слову, эта территория, включая и Сахам Аль-Джулан, расположенный к востоку от нее и находящийся в зоне суннитских повстанцев, окрашенной в зеленый цвет, принадлежит государству Израиль, то есть каждому из нас. Эти земли приобрел в свое время барон Эдмонд де Ротшильд. С тех времен и до сих пор они остаются записанными на компанию PICA (»Палестинскую еврейскую колонизационную ассоциацию»), перешедшую в 50-е годы прошлого века в полное владение израильского правительства.
Повстанцы
В центре на протяжении 30 километров вдоль границы простирается государство повстанцев (зеленый район на карте). Как раз напротив того места, где мы расположились. И, похоже, жизнь там протекает сравнительно нормально. Они копируют нас, организовав, еще во времена Башара, рыбные пруды. Суннитские повстанцы продолжают удерживать эти позиции, в том числе и потому, что ни сам Асад, ни русские, в соответствии с соглашением о размежевании войск и демилитаризованной зоне, подписанном в 1974 году, не бомбят там и не используют танки. Другими словами, старые соглашения теперь приобретают совершенно иной смысл. По сути дела, теперь, эти соглашения стали договорами о размежевании войск внутри самой Сирии.
Недавно туда вновь вернулись силы ООН, которым сунниты пообещали обеспечить безопасность. Впрочем, я не особенно полагался бы на их обещания. Кто они – эти суннитские повстанцы? Часть – это бойцы Свободной армии Сирии, часть джихадисты, а часть то, что раньше называлось «Джабхат ан-Нусра», сегодня же сменило название на «Армию освобождения Шама» (то есть Сирии). Эта организация сильно разрослась под сенью «прекращения огня», которое она не соблюдает. К ней присоединились многочисленные повстанческие группировки, также отказавшиеся прекратить войну. К северу от них, в Идлибе идут тяжелые бои между боевиками «Джабхат ан-Нусры» и другими повстанцами. Как обычно – сунниты выполняют всю работу за своих врагов шиитов.
Еще примерно год назад от нашей границы и дальше на восток шел сплошной район повстанцев. Но затем армия Башара сумела пробиться на юг вдоль трассы М-5 через Шейх Маскин к подступам Деръа. Все это, разумеется, благодаря тяжелым бомбардировкам русских.
Без русских успехи армии Башара и «Хизбаллы» были бы крайне ограничены. Вот только до границы с Иорданией они все же пока дойти не сумели. В последние недели там продолжаются серьезные столкновения. Повстанцы попытались и в значительной мере преуспели остановить наступление армии Башара к иорданской границе.
В прошлом эти повстанческие группы получали немалую помощь от Иордании и США, но в последнее время, иорданский король кардинально поменял свою политическую линию, снова сблизившись с Башаром. Поэтому теперь у суннитских повстанцев проблема. И пока остается неясным, какую линию изберет президент США Трамп. Решит ли он создать там «защищенные зоны» для беженцев? Такие зоны на юге Сирии никому особенно не нужны. Ни Башару, которому они свяжут руки, ни повстанцам, опасающимся ловушки.
Хермон, вид с востока. Потрясающий вид. А еще анклавы, «островки», бесконечные взаимные счета и секторальная ненависть. Когда-то Сирия хотела формировать Ближний Восток. Теперь он формирует то, что от нее осталось.
Асад
На севере, обозначенное красным цветом на карте, простирается «государство» Башара и «Хизбаллы». Оно тянется на 10 километров вдоль самой северной части нашей границы, на отрогах Хермона, достигающего в эти дни вершины своего белоснежного величия. Этот район очень важен как Башару, так и «Хизбалле» по многим причинам. Раньше там располагалась 90-я сирийская бригада. Но затем, когда она была разгромлена, шииты боялись, что сунниты прорвутся с юга к Западной Руте в пригородах Дамаска или двинутся на запад в Южный Ливан – его шиитские и друзские районы. Поэтому шииты приложили колоссальные усилия, чтобы заткнуть эту брешь. Они преуспели. Хотя и неясно, как долго им это будет удаваться. К слову, именно там, в январе 2015 года был ликвидирован Джихад Мурния.
Сунниты, со своей стороны, стремятся соединить два своих анклава: тот, что на нашей границе и другой – вокруг Бейт Джина, который можно увидеть как на карте, так и на фотографии. В конце зимы они вновь попытались добиться этого. Речь, в конце концов, идет всего лишь о нескольких километрах. Но для шиитов, особенно «Хизбаллы» – это критические километры.
Как видно на карте и на фотографии, между двумя анклавами оказалось на свою беду друзское село Хадр. Пока обе стороны избегают нападений на его, пока... Бедные жители Хадра… Им остается лишь любоваться захватывающими видами склонов Хермона.
Сложившаяся ситуация статична, но ничего постоянного в этой бесконечной войне нет и быть не может. Согласно публикациям в западных СМИ, Путин пообещал Нетаниягу, что шиитские силы, в первую очередь, «Хизбалла», за исключением армии Асада, не станут продвигаться на юг. Возможно, это еще одна причина сложившегося сейчас в районе статического положения.
В прошлом могло даже показаться, что приграничный район полностью «успокоился». Но затем начались бои в Деръа, доказавшие, как обманчиво было это впечатление. Путинские самолеты стерли в Деръа целые кварталы, прежде всего – Маншию возле пограничного перехода Рамта с Иорданией.
Сунниты стремятся разорвать клин, вбитый армией Асада, в нескольких точках на трассе М-5. Они попытались сделать это к северу от Шейх-Маскина, прорываясь к своему крошечному анклаву в Канакере, но не сумели. Если им удается захватить плацдарм на несколько часов, Асад зовет на помощь тяжелые русские бомбардировщики, которые просто ровняют с землей, все, что там находится, и повстанцы отступают.
К слову, что касается мирного населения, районы эти по большей части давно оставлены. Жители бежали либо в Иорданию, либо в Дамаск, либо еще дальше на север – в Турцию и Европу. По сути, это огромные пустые территории. Асад был бы рад расселить там шиитов, но пока у него не очень выходит.
Существуют ли связи между всеми этими тремя «государствами»? Еще как! Стороны непрерывно контактируют между собой, договариваясь о временных соглашениях, решении проблем местного населения, переброске оружия и средств для обогрева. Они воюют, но при этом успевают потихоньку между собой договариваться: сунниты с шиитами, джихадисты с националистами…
Сверху, с высоты высокой горы, смотрим мы на микрокосм Ближнего Востока со всеми его болезнями. Глупец тот, кто попытается заразить ими и нас, втянуть нас в эти бесконечные ближневосточные войны.
Мы шагаем по «Луне» и глядим сверху на больную «планету Земля». Как странно ощущать себя вне всех этих бед. А ведь раньше были те, кто уверял нас, что мы и есть корень всех проблем…
(Публикуется с сокращением.)
* * *
Гай Бехор
«Gplanet»
Перевод Александра Непомнящего
«9tv»