«Партийная организация и партийная литература»
Автократов принято ругать. Но евреи уже около трёх тысячелетий ждут мудрого автократа.
Рамбам объяснял: «Если придет царь из рода Давида…, и заставит весь Израиль следовать Торе и будет вести войны, заповеданные Всевышним, то он — вероятный Машиах. И если он преуспел во всем этом, и победил все окрестные народы, и построил Храм на прежнем месте, и собрал народ Израиля из изгнания, этот человек — наверняка Машиах».
Пока человечеству на автократов везло редко. То Ленин со Сталиным попадутся, то Гитлер, то Пол Пот. Хотя сингапурский автократ Ли Куан Ю построил для тамошних китайцев достойное общество, одно из самых преуспевающих в мире.
Однако, что китайцу здорово, то для американца смерть. В Америке решает не автократ, а народ. Люди получают информацию, и через избранных представителей вырабатывают свои решения.
В этой красивой схеме есть слабое место – получение информации. Ей владеет медиа, и владея, влияет на нарратив, достигающий потребителя и определяющий общественное мнение. Связь нарратива с исходной информацией неоднозначна и зависит от посторонних факторов. По дороге к получателю информации нарратив преодолевает несколько барьеров.
Первый барьер – политическая корректность.
Пример её: хотя зимы становятся всё суровее, а лета, наоборот, прохладнее, политически корректно верить в глобальное потепление. Или: нашего первого афроамериканского президента нельзя считать исламистским шпионом несмотря на то, что он с барского плеча отправил иранским муллам, как сообщил недавно президент Трамп, 1,8 миллиарда наших долларов наличными (до этого считали, что всего лишь полтора миллиарда),
а раньше полтора миллиарда Мусульманскому Братству, правившему в Египте.
А также отпустил запросто так, поменяв на одного американского перебежчика, подлежащего по закону смертной казни, пятерых кровавых вожаков Талибана, уже 17 лет воюющего с Америкой.
Второй барьер – фальшивые новости.
Став президентом, Трамп заговорил о том, что журналисты лгут – передают фальшивые новости (fake news). Сейчас признание этого явления обыденно.
Третий барьер – значительное большинство журналистов послушны политтехнологам Демократической партии.
Заместитель советника по национальной безопасности Обамы Бен Родес описал в интервью Нью-Йорк Таймс в мае 2016 года метод продавливания администрацией ядерного договора с Ираном, («худшего в истории», по оценке Трампа): создавались «echo chamber» (эхо камеры) послушных «экспертов», «готовых повторять вновь и вновь доводы, которые мы поручали им озвучивать». Родес похвалялся: «Мы свели оппонентов с ума. У нас были тест-драйвы, чтобы знать, кто из «экспертов» и журналистов в состоянии эффективно донести наше сообщение... Мы нашли тактику, которая работала».
Ныне левыми организуются echo chamber против президента Трампа, представляющие его «расистом», не взявшим сторону фашистов «антифы» после драки в Шарлоттсвиле, изменником – после переговоров с Путиным в Хельсинки, антисемитом – после теракта в Питтсбурге.
Четвёртый барьер – умолчание.
Пример его: 18 декабря 2016 года популярный левый сайт Politico обнародовал сенсационное исследование Джоша Майера – «Как Обама секретно дал Хизбалле сорваться с крючка», в тот же день пересказанное на сайте «Блумберг».
Сообщалось, что президент Обама, заключив договор с Ираном, легализующим ядерную программу того, немедленно разрушил «Проект Кассандра» «Американского агентства по борьбе с наркотиками»,
много лет нацеленный на расследование деятельности союзника Ирана Хизбаллы по торговле по миру наркотиками и оружием и отмыванию денег.
В этот проект были вовлечены около 30 американских и европейских ведомств по борьбе с наркоторговлей. Акцию Обамы объясняли его стремлением предохранить свой договор с Ираном. Такой резон, мне представляется, лишь усугублял тяжесть содеянного президентом.
Казалось, небеса должны были сверзнуться на землю. В стране от передозировки наркотиков с 1999 по 2017 год умерло более 700 000 человек, происходит национальная катастрофа, а президент крышует террористов-наркодельцов, доход которых только в США равняется миллиарду долларов в год. Увы, уже на следующий день после публикации Politico разоблачение забылось и никем больше не поминалось.
Наконец, пятый барьер – продажность как журналистов, так и целых медийных органов.
Ну а для преодолевших названные пять барьеров существует цензура, которой, вроде бы нет. Денис Прагер – один из немногих лучей света на фоне тёмного царства некомпетентных лживых продажных левых американских журналистов, трудящихся в прогрессивных «echo chambers». Он – интеллектуал, автор замечательных книг по иудаизму, музыковед и дирижёр оркестра. Взгляды Прагера консервативны, и поэтому многие ролики с его познавательными уроками заблокированы в Ютюбе и на Фейсбуке как «распространяющие ненависть». Строго говоря, даже прогноз на завтра, сулящий отвратительную погоду, можно при желании подвести под эту категорию. Но выступлений антисемита Фаррахана, сообщающего, что евреи – это термиты, запреты не касаются. Их запись благополучно пребывает на Ютюбе.
* * *
Некоторые из названных барьеров высветились в загадочной истории вокруг убийства саудовца Джамаля Хашогги, способной изменить внешнеполитическую ориентацию США.
Истерия по поводу этого убийства, созданная журналистской «echo chamber», вызвала резолюцию Сената, призывающую администрацию Трампа прекратить сотрудничество с Саудовской Аравией, поддерживающей своих союзников в ходе гражданской войны в Йемене, где «гибридным» соперником саудитов выступает Иран.
Обозреватель «Вашингтон Пост» (ВП) Хашогги был представлен дружной левой «echo chamber» прогрессивной фигурой, пострадавшей в борьбе за свободу прессы, и даже стал одним из «персон года» по версии журнала Тайм.
Но вот в своём рождественском выпуске, в середине длинного панегирика, посвящённом житию Хашогги, ВП вдруг прошептал убийственное:
«Пожалуй, наиболее проблематичным для Хашогги были его связи с Foundation International, финансируемой региональным врагом Саудовской Аравии Катаром. Текстовые сообщения между Хашогги и шефом Foundation International Катара Мэгги Митчелл Салем показывают, что Салем порой формировала колонки, которые Хашогги представлял в ВП. Она предлагала ему темы, готовила материалы и подталкивала его принять более жесткую линию против правительства Саудовской Аравии. Хашогги также, как представляется, полагался на исследователя и переводчика, связанных с Foundation International...»
Вот те на! Катар ведь – это не просто «региональный враг Саудовской Аравии». Баснословно богатый – с самым высоким с отрывом доходом на душу населения в мире, Катар – щедрый спонсор главных исламских террористических организаций: Аль-Каиды, Мусульманских Братьев, Талибана, ХАМАСа, ИГ, Джабрат Фатх аш-Шам. Он – союзник Ирана и через телеканал Аль-Джазира и другие медиа-инструменты активный распространитель исламизма по миру.
Даже умеренные арабские страны порвали с ним отношения.
ВП фактически признал, что выступал рупором исламистов, союзников Ирана, что колонку в их газете вёл подставное лицо, «агент влияния» Катара, или, проще, шпион.
Это признание было вынуждено – информация о Хашогги стала всплывать в других изданиях. Информация о Хашогги как агенте Катара высветила, что сам
ВП был согласен служить пропагандистом исламистской оси Катар – Иран и противником линии на сотрудничество США с новым правителем Саудовской Аравии наследным принцем Мухаммедом бин Салманом (МбС), модернизирующим саудовское общество и улучшающим отношения его страны с Израилем.
За последнее МбС подвергался критике в колонках, печатавшихся в ВП под именем покойного Хашогги. Президент Security Studies Group (SSG) Джим Хансон сообщил:
«Редактор колонок Хашогги в ВП Карен Аттиа возглавляла этот «крестовый поход» своей газеты против МбС и даже аргументировала свержение принца: «Никто не призывает выбросить отношения с Саудовской Аравией. Но не следует помещать все наши американские яйца в корзину опасного человека, принца МбС»».
Симпатии к исламизму обычны в публикациях ведущих журналистов-международников ВП.
На истоки таких взглядов указывает другой автор из SSG Дэвид Рябой в подробном анализе дела Хашогги:
«Американские элиты и политики внутри кольцевой дороги Вашингтона стали мягкими мишенями для катарского влияния и информационных операций из-за их политических предубеждений и дружественной интеллектуальной среды, созданной и воспитанной нефтедолларами».
Интеллигентно сказано; проще говоря, Рябой сообщает, что эти «элиты» подкуплены. То же относится к сотрудникам ведущего учреждения левых интеллектуалов, формирующего политическую позицию Демократической партии – Brookings Institute, щедро финансируемого Катаром.
Постепенно приоритеты в ближневосточной политике стали в Америке партийным делом. Хансон заключает свой анализ: «Ведомые сенаторами-демократами Крисом Мерфи и Элизабет Уоррен, политически левые, кажется, пытаются превзойти друг друга в нападках на принца МбС, с которым президент Трамп и члены его администрации установили теплые отношения.
Они стараются использовать возмущение убийством Хашогги, чтобы заставить саудовцев сдаться в войне в Йемене, положить конец продажам им оружия, прервать отношения между США и Саудовской Аравией, и даже сместить МбС с его позиции в порядке правопреемства королевства.
Это, конечно, политическая цель Катара, и её достижение стало бы успешным завершением его информационной операции».
То, что столь искусно продуманная и, наверняка, щедро финансированная комбинация Катара, несмотря на благоприятный для неё оборот в судьбе Хашогги и антисаудовское голосование в Сенате США, может не привести к успеху, виновно, по-видимому, то, что катарские деньги – не единственные, подпитывающие американский политический и медийный истеблишмент. Я не видел статей о влиянии саудовских денег на этот истеблишмент, но оно, наверняка, должно существовать.
Известно, например, о больших вливаниях этих денег в американские университеты на цели финансирования открывавшихся там центров изучения ислама, изменивших в позитивную сторону отношения Америки к исламу, несмотря на чудовищность преступления 9/11.
Влияют посредством денег на американскую политику и другие, например еврейские организации.
В избирательные фонды произраильских политиков поступают деньги от консервативных евреев и лоббистской AIPAC, в фонды антиизраильских – от либеральных – вроде Сороса и пресловутой JStreet. Параллельно ирано-катарским симпатиям Демпартии и саудовско-эмиратско-египетским – республиканцев, произраильская позиция становится позицией партии Трампа, а недоброжелательная к Израилю – демократов.
Многие политики и работники медиа Америки «всегда в продаже» (так называлась пьеса Василия Аксёнова о вечно продажном интеллигенте, шедшая когда-то в «Современнике»). Это предельно чётко отразило «зеркало Хашогги». О том же есть и у А.С.Пушкина:
Наш век — торгаш; в сей век железный
Без денег и свободы нет.
…
Не продается вдохновенье,
Но можно рукопись продать.
* * *
Борис Гулько
Статья любезно прислана автором
Иллюстрация публикуется с любезного разрешения Бена Гаррисона