Быть или не быть?

Всегда - против собственного правительства

Небо после обстрела. (Фото: «Nautilus»)

---

Прошли времена, когда сражались только армии. А может быть, их и не было никогда. Масштабы современной войны таковы, что в нее втянуто, волей или неволей, все общество.

И удары наносятся по гражданской инфраструктуре как по военным объектам. Против Израиля ведется именно такая война: атакуются гражданские объекты и люди, прямо не участвующие в военных действиях, даже дети, женщины и старцы.

В контекстеООН выступила с заявлением Никакой резолюции по резне, устроенной в Израиле, в результате которой погибли тысячи израильтян и сотни были взяты в заложники, ООН не приняла. Но оно и неудивительно: резолюцию предлагали представители РФ, там никакой ХАМАС (дружественная РФ организация) не упоминался вообще.

Плененные в ходе войны входят в число потерь. Невозможно вести войну ради освобождения пленных – враг, терпящий поражение, всегда скажет: возьми пленных и кончай войну. Поэтому войну ведут, невзирая на пленных. Их освобождение или обмен – по окончании войны, в соответствии с результатом.

Требовать – от правительства Израиля – немедленно, то есть любой ценой освободить заложников, это все равно, что требовать поражения страны.

Все это – прописные истины, а чему же правительство и военное руководств идет на такой шаг? А главное: почему граждане, у которых родню только что вырезали и пленили в результате слабости страны, ратуют за еще большее ее ослабление?

Может, слабость – суть этого народа, а значит и его государства и армии, и мы обречены на поражение в глобальном противостоянии с врагом, который так и считает: мы слабы, и надо нас бить, пока не сломаемся?

Но отложим на потом спор о «генетическом коде» народа; сейчас, когда идет война, давайте разберемся, где главная опасность, чтобы направить на нее основные усилия.

Ясно, что враг это не только тот, кто направил на тебя автомат, но и тот, кто держит тебя за руки и не дает стрелять в ответ. Он-то и самый опасный.

Тут никакое оружие, никакие «технологии» не помогут. Потому что это не военный враг, а идеологический, а значит и политический. Он вовне и внутри. И, конечно, самый опасный – тот, что внутри.

Давайте вспомним борьбу за освобождение Гилада Шалита: марши протеста в Иерусалим, к резиденции премьер-министра, целые флотилии из Хайфы в сторону Газы, мировое общественное мнение, главы мировых держав – всех поставили на уши. Кто и с кем боролся «за Гилада Шалита»?

Боролись те же люди, организации и денежные центры, которые в этом году организовали мощнейшее «движение протеста» против судебной реформы, а после 7 октября – движение за «освобождение похищенных немедленно».

Слово «немедленно» (ахшав) выдает почерк левых политиков, пропагандистов и организаций, боровшихся в свое время за «мир немедленно» (шалом ахшав), за «немедленный» вывод войск из Ливана, обернувшийся бегством и воцарением Хизбаллы вдоль границы на севере.

И борются эти силы не с Хамасом, не с ливанскими, сирийскими или йеменскими боевиками, а всегда – с собственным правительством.

В результате Натанияху сдался, и Шалит был освобожден в обмен на тысячу с лишним заключенных, в том числе отпетых террористов, включая и сегодняшнего главаря Хамаса в Газе.

В контекстеИзраильские левые угрожают убийствами и разжигают гражданскую войну Они не сторонники демократии. Они стремятся разрушить демократию в Израиле и подчинить общество и избранных лидеров Израиля несменяемому контролю враждебной олигархии во главе с чиновниками Верховного суда и юридическим советником правительства.

Левые одержали победу над правым правительством, а государство потерпело поражение, проложившее дорогу «малому Холокосту» 7 октября. Хамас напал на Израиль просто потому, что посчитал его слабым. И нынешний «обмен пленными» посреди войны - подтверждение правильности расчета. Но в чем причина слабости государства и его армии?

Очевидно, что борьба с правительством ослабляет государство. Левый лагерь повел эту борьбу сразу после того как Бегин, которого левые иначе как «фашистом» и не называли, был избран руководителем государства. Был избран, но не пришел к власти.

И с тех пор все правые лидеры, победив на выборах, не приходили к власти, а только начинали к ней свой долгий и мучительный путь. И он неизбежно вел через компромиссы с левым лагерем, как кадровые, так и политические, внешние и внутренние.

Так Бегин заключил мир с Египтом на условиях, на которые Голда никогда не пошла бы, и все ради временного «перемирия» с левым лагерем. И Шарон вывел армию из Газы в надежде задобрить левых.

А соглашения в Осло были частью этой внутренней борьбы за власть: левые хотели вступить в союз с палестинцами против собственных правых.

Борьба резко обострилась после последних выборов, когда правые победили на выборах самым решительным образом.

И левые развязали, по сути, священную войну, джихад, свой «последний и решительный бой» против собственного гоударства, стараясь спровоцировать экономический кризис, международное осуждение, угрожая даже отказываясь служить в армии, той самой, которую они создали и которая служила для них лестницей к власти.

Разрушение государства их не пугает: к черту такое государство, где правят «фашисты».

И сегодня, во время войны, они продолжают борьбу с правительством, теперь под «благородным» лозунгом освобождения заложников: все равно под каким лозунгом, его в любом случае выкрасят в благородные цвета (так борьба с судебной реформой была «борьбой против диктатуры», а по сути все с тем же правым правительством), главное скинуть правых.

То, что во время войны такая борьба есть пособничество врагу их мало волнует. Они давно уже сотрудничают с врагами Израиля всех мастей, получают от них денежные средства через всякие фонды под «благородными» названиями.

Сегодняшняя задача левых – остановить войну (тоже, кстати, «благородный» лозунг): они испугались патриотического подъема и победы. Она может стать победой правых, а этого нельзя допустить.

В контекстеШвеция и смертоносное самодовольство элит ...Политический класс Швеции, как левые, так и правые, осознал кризис с интеграцией. Слишком долго европейские элиты проклинали как расиста любого, кто выражал озабоченность идеологией мультикультурализма.

В этой борьбе за поражение собственной страны у них, как и прежде, есть мощные союзники извне. Ни Америке, ни Западной Европе не нужен сильный Израиль (с сильным надо считаться и даже делиться, а кто это любит?).

Более того, Израиль сегодня оказался не только на острие столкновения Запада и Востока, но и на острие столкновения между правыми и левыми Запада, где тоже дело идет к гражданской войне, и это будет война рас: левые на Западе связали свою судьбу с массовой эмиграцией из Азии и Африки, и эти левые сегодня – враг Израиля, а левые в Израиле – их союзник.

Обратите внимание, как яростно израильские левые нападают на правых в Европе, называя их «неофашистами»,

даже когда эти правые приходят к власти и поддерживают Израиль, т.е. в ущерб государственным интересам (не впервой, да и чего там, своих-то правых они давно величают «фашистами»).

Левые всех времен и народов (опыт русской революции не пошел впрок) не понимают, что «угнетенные» расы смертельно их ненавидят и мечтают только об одном: зарезать этих добреньких, наивненьких и богатеньких…

И вот левый лагерь Израиля в очередной раз добился успеха: война приостановлена. И у Израиля не хватит духа возобновить ее (раз уж не хватило духа ее продолжить).

Возобновление будет означать агрессию, развязывание новой войны, и никто его в этом не поддержит. Какой там Насралла. Какой Иран. Забудьте.

Возникшее разочарование и возмущение, как надеются борцы-миролюбы, повернется против власти правых, и они, левые, встанут у руля.

Наум Вайман

«Facebook»