Среднеазиатские силовики могут оказаться по обе стороны линии фронта
Экспансия в Центральную Азию радикального суннитского ислама рассматривалась как угроза еще в последние годы существования СССР. После его распада она усилилась, поскольку новые независимые государства были гораздо слабее Союза во всех отношениях.
В контекстеПоступок И зря кое-кто на Западе думает, что если отдать тот же Израиль им на заклание, они оставят золотой миллиард в покое. Нет, Израиль - это лишь этап на пути к становлению мирового халифата. Чего они особенно и не скрывают. Просто, нужно хотеть это услышать.
Положение усугублялось крахом просоветского режима в Афганистане с последующим переходом большей части территории этой страны под контроль радикальных исламистов (в тот момент – в лице движения «Талибан»).
По сути, в конце 90-х экспансия радикалов из Афганистана на север (в Таджикистан и Киргизию) уже началась, однако она оказалась достаточно слабой и была отражена. В тот период север Афганистана в основном контролировался «Северным альянсом» – союзом местных военных группировок, поддерживаемых Москвой, Ташкентом и Тегераном. «Альянс» довольно успешно сдерживал экспансию талибов.
После начала американской кампании в Афганистане осенью 2001 года угроза вторжения в Центральную Азию с юга резко уменьшилась, но отнюдь не стала равной нулю.
В странах Центральной Азии никогда не прекращали работу исламские проповедники с Ближнего и Среднего Востока. Работа эта облегчалась крайне сложной социально-экономической ситуацией в регионе, а также распространением Интернета, через который очень удобно вести агитацию. К середине 2010-х начала выдыхаться афганская кампания США и их союзников, талибы стали постепенно возвращать себе контроль над страной.
Кроме того, появился «Исламский халифат» (ИГ, запрещенная в России организация). Он создал свое квазигосударство в Сирии и Ираке, на помощь ему поехали радикалы из-за рубежа, в том числе из стран Центральной Азии. Более того, на территории всех пяти стран данного региона и Афганистана «халифат» провозгласил создание «вилаята Хорасан».
А еще сумел перекупить часть группировок, входивших в состав «Талибана», то есть физически появился на территории Афганистана. «Халифату» присягнула самая мощная на всем постсоветском пространстве организация радикальных исламистов – запрещенное в РФ «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ).
Правда, подобная активность ИГ в Афганистане привела его не просто к конфликту, но к открытой войне с талибами.
Взаимный джихад радикалов стал более сильным сдерживающим фактором для их экспансии, чем действия США с союзниками и ВС Афганистана.
В контекстеДжихад немецких подростков В минувшем году саксонская прокуратура возбудила против неё дело по подозрению в подготовке тяжкого государственного преступления. Дело в том, что девушка приняла ислам и начала активную переписку в Сети со сторонниками «Исламского халифата».
При этом во всех странах Центральной Азии радикальными исламскими движениями давно созданы «спящие ячейки». В них входят бывшие боевики, вернувшиеся из Сирии, Ирака, Афганистана, а также те, кто был сагитирован по месту жительства.
Количество этих ячеек и их численность оцениваются по-разному. Точную картину знают только лидеры соответствующих радикальных структур.
Полный уход западной коалиции из Афганистана и крушение нынешнего как бы демократического режима в этой стране совершенно не исключены (в Вашингтоне об этом говорят почти открыто, а без американцев остальные «миротворцы» немедленно разбегутся). Переход страны под контроль какой-то одной радикальной группировки маловероятен.
Намного более ожидаема ситуация полного хаоса, основным (но отнюдь не единственным) сюжетом которого будет война между «Талибаном» и «Исламским халифатом» (притом что оба являются конгломератами различных мелких группировок, а не жесткими централизованными структурами).
Кроме того, как и в 90-е, может возникнуть новый «Северный альянс», состоящий из представителей национальных меньшинств (узбеков, таджиков, хазарейцев), проживающих в основном на севере и западе страны.
В этом случае экспансия радикалов на север будет сдерживаться этим самым внутренним хаосом в Афганистане.
Можно представить себе худший (хоть и крайне маловероятный) вариант – весь (или почти весь) Афганистан переходит под контроль «халифата», которому достаются вооружение и техника афганской армии. Экспансия радикалов на север в этом случае была бы неизбежна. Однако в варианте классического военного вторжения она не имела бы перспектив.
Даже весьма слабые армии Таджикистана и Киргизии в союзе с российскими войсками в этих странах вполне способны отразить агрессию.
Вряд ли возникли бы серьезные проблемы и у Узбекистана. Сложнее ситуация с ВС Туркмении, в которых, по некоторым сведениям, имеют место сильное моральное разложение из-за общего кризиса в стране при весьма низком уровне боевой и морально-политической подготовки личного состава.
Тем не менее вполне вероятно, что и Туркмения смогла бы отбиться, поскольку в варианте классической войны Афганистан слишком слаб (вообще нет боевой авиации, наземной техники мало, и она сильно устарела), какая политическая и религиозная сила ни находилась бы там у власти.
В контекстеТурецкий дебют Можно представить себе ситуацию, когда политика, желаемая теми, чья душа тоскует по временам халифата, приведет к тому, что жизнь остальных станет существенно хуже. И тогда маятник качнется назад...
Но такого благоприятного варианта радикалы никому не предоставят. Их экспансия будет идти в форме инфильтрации в страны Центральной Азии мелких диверсионно-террористических групп, призванных «разбудить» «спящие ячейки».
Наиболее проблемны в этом отношении юг Киргизии, Ферганская долина Узбекистана, запад Казахстана. Туркмения и Таджикистан, видимо, уязвимы целиком.
В последнем случае реален рецидив гражданской войны 90-х, поскольку примирение воюющих сторон оказалось чисто формальным.
При этом членами «спящих ячеек» могут оказаться отнюдь не только нищие крестьяне, а представители самых разных слоев населения, в том числе бизнесмены, чиновники любого уровня, силовики. В итоге совершенно неясно, где пройдет «линия фронта» и кто по какую сторону от нее окажется.
Понятно, что никаких государственных границ радикалы соблюдать не будут, наоборот, они станут их целенаправленно ломать, создавая на практике вилаят Хорасан.
Для реализации такого сценария совершенно необязательно контролировать весь Афганистан, достаточно выйти к северной границе на нескольких участках. Развязав диверсионно-террористическую войну в Центральной Азии, исламисты создадут ситуацию стратегического окружения для своих противников на севере и западе Афганистана.
При таком развитии событий нельзя исключать полного крушения политических режимов и силовых структур четырех южных стран Центральной Азии.
Да и ВС Казахстана, наиболее сильные в регионе, могут увязнуть в боях с исламистами на юге и западе собственной страны.
И тут уже России придется задействовать как минимум силы ЦВО, а может быть, этим дело и не ограничится, в бой пойдут ЮВО и ВДВ. Вероятно, придут на помощь ВС Ирана.
Разумеется, подобный вариант развития событий отнюдь не предопределен. Но и не исключен. Вероятность его реализации зависит от множества факторов, предсказать которые в данный момент не представляется возможным.
* * *
Александр Храмчихин
- заместитель директора Института политического и военного анализа
«Военно-промышленный курьер»