Почему в Польше приняли законы, несмотря на угрозу санкций от ЕС
Еврокомиссия начала в отношении Польши активацию 7 статьи соглашения о ЕС, подразумевающую применение ряда санкций. Если страны Евросоюза одобрят решение ЕК, Польшу могут лишить права голоса в Европейском совете. Польский МИД уже выступил с резкой критикой данного решения.
«Газета.Ru» выяснила, зачем Варшава сознательно идет на конфликт с Брюсселем.
Европейская комиссия (ЕК) одобрила применение 7 статьи Лиссабонского соглашения о ЕС в отношении Польши. Это позволит ввести санкции за нарушение польскими властями принципа независимости правосудия.
Вице-председатель Еврокомиссии Франс Тиммерманс напомнил, что за последние два года правящая партия Польши «Право и справедливость» (ПиС) приняла 13 законов, позволяющих правительству «систематически вмешиваться в процессы формирования, управления и функционирования» судебной системы.
«Сегодня, после многочисленных попыток привлечь польские власти к конструктивному диалогу, Еврокомиссия пришла к выводу, что в Польше существует риск серьезного нарушения принципа главенства права», — говорится в пресс-релизе Еврокомиссии по итогам заседания.
Тиммерманс подчеркнул, что Варшава проигнорировала три предупреждения Еврокомиссии о том, что проводимые в стране судебные реформы противоречат принципу главенства права.
Решение ЕК уже раскритиковала польская сторона — пресс-секретарь партии «Право и справедливость» Беата Мазурек заявила, что рекомендация ЕК об активации 7 статьи Лиссабонского соглашения в отношении Польши «не имеет смысла» и является «чисто политическим».
В свою очередь, в польском МИДе заявили о намерении судиться с Еврокомиссией по поводу решения о санкциях. «Польша готова к защите своих прав в суде ЕС как независимом и беспристрастном судебным органе и надеется, что у нее будет такая возможность», — заявили в польском дипведомстве.
Чем Польша разозлила ЕС
15 декабря польский сенат одобрил окончательную редакцию законов о Верховном суде и Национальном судебном совете, предложенных президентом страны Анджеем Дудой. Они предполагают возможность внесения жалоб на решение суда любого уровня в Верховный суд. Кроме того, закон предполагает установление пенсионного возраста для судей на уровне 65 лет с возможностью продления срока полномочий при обращении на имя президента.
Предыдущие редакции законов о Верховном суде и Национальном судебном совете летом были ветированы польским президентом в связи с массовыми протестами и резкой критикой со стороны оппозиции и Евросоюза. После этого Дуда представил альтернативный вариант данных законопроектов, хотя они тоже не устраивают ни оппозицию, ни ЕС.
А вот законы о работе всеобщих судов и Национальной школе судей польский лидер подписал сразу --
в Еврокомиссии утверждают, что они являются попыткой правительства установить контроль над всеми ветвями государственной власти и подорвут независимость правосудия в Польше.
Конфликт Брюсселя и Варшавы по поводу судебной реформы в Польше тянется уже два года — с тех пор, как в начале 2016 года Варшава начала вносить изменения в судебное законодательство.
В июле Еврокомиссия уже грозилась «немедленно запустить» процесс активации 7 статьи. Это случилось после принятия польским парламентом закона, который позволил бы правительству отправить на пенсию почти всех судей Верховного суда — именно этот законопроект заблокировал президент Дуда.
Статья 7: что это значит для Варшавы
Статья 7-я Лиссабонского соглашения о ЕС предполагает введение внутренних санкций в отношении страны, «серьезно нарушающей европейские ценности». Эти ценности перечислены во 2-й статье того же документа: уважение человеческого достоинства, свобода, демократия, главенство права и соблюдение прав человека, включая права меньшинств. В случае с Польшей основой претензий ЕС стало как раз несоблюдение принципа «главенства права».
Если 7-я статья Лиссабонского договора все же будет активирована, Польшу могут лишить права голоса в Совете Европы.
Но прежде рекомендацию Еврокомиссии о применении 7-й статьи Лиссабонского соглашения должны рассмотреть страны-члены ЕС. Для запуска санкционного механизма необходимы голоса как минимум 22 из 27 государств-членов Евросоюза.
Все зависит от того, выскажется ли за активацию статьи такое количество членов Евросоюза — по словам заведующего сектором стратегических оценок ИМЭМО РАН Сергея Уткина, этого может и не произойти. «Вполне вероятно, что, несмотря на определенное беспокойство, с которым в ряде стран ЕС наблюдают за трансформациями польской политики, формальное осуждение Польши с последующим применением к ней санкций просто не наберет нужного количества голосов», — считает эксперт.
Польский политолог Якуб Корейба в беседе с «Газетой.Ru» подчеркнул, что
премьер Венгрии Виктор Орбан уже публично обещал Качиньскому (глава правящей партии «Право и справедливость» — ПиС), что будет ветировать вступление в силу 7 статьи: «Так что это пиар-акция, — уверен политолог,
— Комиссия пытается создать прецедент и перетянуть на себя больше полномочий, а Германия и Франция традиционно тестируют пределы своего неформального влияния».
Доцент кафедры политической истории МГИМО Кирилл Коктыш допускает, что ЕС все же применит санкции в отношении Варшавы, но подчеркивает, что это не нанесет существенного ущерба интересам Польши. «Совет Европы не является органом, который принимает решения, это трибуна для обсуждений — лишение права голоса в СЕ не нанесет Польше особого ущерба, а кроме этого Польше пока ничего не грозит», — напомнил он.
В некотором смысле эти санкции даже выгодны для Варшавы, поскольку обосновывают ее право не платить по европейским обязательствам и не следовать тем распоряжениям Брюсселя, которые для нее неудобны, считает Коктыш.
«Применение санкций будет политически обидным, но неэффективным. Для Брюсселя это ситуация, когда пряники кончились, а кнута не хватает», — заключил эксперт.
Зачем Варшаве ссориться с Брюсселем?
Варшава идет на обострение, так как понимает, что это прибавит популярности властям, считает Якуб Корейба. «ЕС вместо града на холме превратился в черного человека: в глазах польского народа стал источником угроз, а не надежд, и правительство позиционирует себя как защитник простых людей от транснациональной олигархии», — подчеркивает эксперт.
«Право и справедливость» опирается на евроскептически настроенного избирателя, в целом поддерживающего намерение правительства не идти на поводу у Брюсселя. То есть, с точки зрения избирателя происходит укрепление суверенитета страны, а с точки зрения правящей группы — укрепление ее собственных позиций.
Желание Варшавы «поссориться» с Брюсселем может быть связано и с тем, что со следующего года Евросоюз существенно сократит дотации для всех стран Восточной Европы, в том числе и Польши.
Страна окажется в ситуации, когда привилегии заканчиваются, а обязанности остаются. «Поэтому Польша вполне осознанно шла на конфронтацию с Брюсселем», — утверждает Кирилл Коктыш из МГИМО.
В свете разногласий Варшавы с ЕС особенно интересен вопрос о перспективах развития отношений Польши с Россией. Директор Института стратегических оценок Сергей Ознобищев считает, что процессы, наблюдаемые в Польше, дают надежду на улучшение их отношений с Россией на фоне разочарования в «чисто западном» пути. «Можно надеяться, что Россия воспользуется этим, чтобы налаживать отношения с Варшавой — нечто подобное уже происходило с Венгрией и Чехией, видимо, теперь на очереди Польша», — говорил в беседе с «Газетой.Ru» эксперт.
Однако Кирилл Коктыш, предупреждает, что процесс сближения Польши с Россией не будет быстрым. «Сближение с Россией для Польши будет спекулятивным, чтобы пугать этим Брюссель», — объяснил он.
* * *
Екатерина Суслова, Александр Братерский
«Газета.Ru»