Изоляция Венесуэлы на международной арене закончилась
Еще несколько лет назад в прессе, экспертном сообществе, да и среди политиков по обе стороны Атлантического океана модно было говорить о появлении новой «страны-изгоя» – Венесуэлы.
Чуть ли не аксиомой считалось то, что дипломатическая изоляция, в которой оказались президент Николас Мадуро и правительство после протестов 2019 года и реакции на них в мире, будет только усиливаться.
В контекстеСтрана победившего Глазьева Социологическое большинство населения Венесуэлы твердо уверено: виноваты фашисты, а их рассадник — в сопредельной стране. Из Колумбии толпой несутся мигранты, что пожирают наши несуществующие продукты и занимают рабочие места, на которые самим идти не очень-то и хотелось...
Своя логика в такого рода прогнозах была. Дело не только в широком осуждении действий Мадуро, против которого выступило большинство стран Латинской Америки, но и в провальном экономическом курсе, от которого, казалось, глава государства уже не сможет отступить.
По мере разрастания экономических проблем, падения курса национальной валюты и усиления кризиса в нефтедобывающей отрасли сотрудничество со страной должно было неминуемо потерять привлекательность даже для немногих оставшихся зарубежных партнеров, имевших дело с ней не столько в силу общих экономических интересов, сколько из-за общих политических воззрений и фобий.
Но прошло четыре года, и мы видим обратный процесс. Мадуро дождался благоприятной международной конъюнктуры, избавил внешнеполитический курс стран от излишней идеологизированности и получил результат.
Венесуэла не только не в изоляции, но и наращивает дипломатическую активность. Об этом наглядно свидетельствовала весьма продолжительная по времени поездка Мадуро в Китай.
Она длилась семь дней. Редкий случай в дипломатической практике. Визит стартовал в пятницу 8 сентября.
В Китае находилась номинально второй человек в венесуэльской системе власти, исполнительный вице-президент Делси Родригес. Она встречалась с министром иностранных дел Ван И, детально обсудив проблемы двусторонних связей, побывала в Шанхае, где общалась с директором Банка развития БРИКС Дилмой Руссефф, рекомендованной на ее нынешний пост Луисом Инасио Лула да Силвой, президентом Бразилии.
Также по теме«Газета.ru» Венесуэла намерена отправить своего первого космонавта на Луну в ближайшее время UNN Венесуэла намерена отправить своего первого космонавта на Луну в ближайшее время
Сам Мадуро в рамках своего визита провел 13 сентября обстоятельную беседу с председателем КНР Си Цзиньпином. Ее итогом стало заключение обширного пакета соглашений, разделенных по семи направлениям, многие из которых нацелены на перспективу и касаются в первую очередь экономического сотрудничества.
Недаром венесуэльский президент приехал в КНР в сопровождении представителей бизнеса своей страны. Сверхзадача пребывания Мадуро в Китае заключалась в том, чтобы консолидировать связи с КНР. Можно сказать, что она решена.
Завершившаяся поездка вписывается в недавние контакты Венесуэлы на высоком уровне. Внешнеполитический курс руководства страны эволюционирует от конфронтации с соседями к большей дипломатической открытости. Это дает плоды, особенно на фоне смены первых лиц в странах, стоявших в авангарде кампании международного давления на Мадуро.
После возвращения Лулы на вершину власти (на пост президента он вступил с 1 января 2023 года) восстановлены дипломатические отношения с Бразилией, прерванные в связи с признанием его предшественником Жаиром Болсонару оппозиционного политика Хуана Гуайдо в качестве президента Венесуэлы. Более того, на августовском саммите БРИКС в столице ЮАР именно бразильский лидер, пусть и безуспешно, но призывал принять нефтяную державу в эту организацию.
Нечто похожее произошло ранее с Колумбией. Длительное время отношения этой страны и Венесуэлы были крайне напряженными. Но они нормализовались с приходом к власти в Колумбии летом 2022 года бывшего партизана, 62-летнего Густаво Петро.
Еще в ходе своей избирательной кампании он говорил, что после инаугурации восстановит связи со страной-соседкой. Так и произошло.
Между двумя лидерами, несмотря на принципиальные разногласия по многим международным вопросам, наладились конструктивные отношения. Это не союз единомышленников, построенный на неприязни к общему врагу. Опасения или надежды на то, что с избранием Петро его страна пойдет по пути Мадуро, не оправдались уже с самого начала каденции колумбийского президента.
Первый его звонок после избрания был Джозефу Байдену. Петро заверил президента США в готовности расширить контакты с ключевым экономическим партнером. А у Мадуро отношения с Вашингтоном хоть и несколько улучшились за последнее время, все равно остаются сложными.
Вопреки этому президенты Колумбии и Венесуэлы регулярно общаются, подробно обсуждают возникающие вопросы, чего при предшественнике Петро, Иване Дуке, нельзя было даже и представить.
В контекстеМарксисты угрожают Западному полушарию Масштабные протесты привели к нестабильности, что пошло на пользу Петро на выборах. Теперь он готов выплатить свой долг. Менее чем через 72 часа после выборов он объявил, что восстановит отношения с Мадуро и вновь откроет границу с Венесуэлой.
Свидетельством того, что венесуэльский лидер кардинально меняет свой международный статус, становясь «рукопожатым» для политиков ведущих стран мира, стал уже его визит на саммит по сохранению климата, который прошел в Египте в ноябре 2022 года. Там он общался с президентом Франции Эмманюэлем Макроном.
А относительно недавно Мадуро совершил поездку по Евро-Азиатскому региону и северной Африке, которая, возможно, станет ключевой вехой для восстановления международных позиций страны. Он побывал в Катаре, Кувейте, Алжире, Турции, Иране, Азербайджане.
Везде устраивались пышные приемы, были заключены крупномасштабные соглашения в различных сферах.
Визит стартовал в Катаре, где Мадуро и эмир Тамим ибн Хамад Аль Тани договорились об открытии прямого воздушного сообщения между столицами – Каракасом и Дохой. Со страной-изгоем такие договоренности не заключаются.
Во всех странах, которые он посещал в ходе своего турне, Мадуро принимали первые лица. Исключение составил лишь Азербайджан: из-за болезни лидеру страны Ильхаму Алиеву пришлось общаться с венесуэльским президентом по видеосвязи.
В Турции Мадуро поговорил с президентом Реджепом Тайипом Эрдоганом лично. Эта страна крайне заинтересована в продвижении на континент, рассматривая Венесуэлу как ворота в регион. Эрдоган намеревался совершить ответный визит, правда, занятость глобальными проблемами не позволила реализовать задумку.
Особенно результативной оказалась поездка в Иран. Там был подписан договор о сотрудничестве на 20 лет, включающий соглашения в сельском хозяйстве, медицине и других сферах.
Добрые отношения двух стран восходят ко временам Уго Чавеса и Махмуда Ахмадинежада, и Мадуро намерен не отказываться от них даже с учетом новых веяний во внешней политике своей страны.
Поездка по шести странам показала непривычные качества венесуэльского лидера. Он выступил с позиций плюралиста, озабоченного судьбами страны, а не сторонника идеологически мотивированного противостояния с кем бы то ни было.
Резюмируя, подчеркнем: Венесуэла постепенно становится активным игроком на мировой арене.
Это успех не только Мадуро, но и, вероятно, всей страны, которая получила шанс наладить нормальные международные отношения, привлечь инвестиции и выбраться тем самым из кризиса, который побудил 6 млн венесуэльцев покинуть родину в поисках лучшей доли.
* * *
Эмиль Дабагян
– латиноамериканист, кандидат исторических наук.
«Независимая газета»